Мой дом

Настанет скоро день, а с ним и неминуемо минута,               
Когда, стыдясь, я голых стен, лишенных прежнего уюта,               
Рукою слабой в последний, может, в этой жизни раз коснусь —       
Теперь уж без меня, пускай они стоят и холодеют.               
Потом, быть может, над их упрямой прямизной я посмеюсь,       
Как посмеется тот, кто более ничем не овладеет.               

Но может так случиться, что повезет опять не мне, — а им,               
Таким обшарпанным, обжитым и потому сейчас родным.               
Подставит ли судьба под эти своды надежное плечо,               
Наполнив их каким-то новым — только лучшим — содержаньем?       
Водой по трубам, время побежит ли снова горячо,               
Внося порядок и тепло в унылую коробку зданья?               

Пусть будет дом стоять и, может быть, не в одночасье рухнет               
Под тяжестью счастливых дней, как быт в него войдет, распухнет,            
И пауки — строители, гонимые чужою властью —               
Продолжат добровольный труд с нечеловеческою страстью.       

По следу моему тревога из своего гнезда уйдет.               
Печаль, как мелкий сор, оставшийся от прежних постояльцев,            
Самой историей еще не взятых отпечатков пальцев —               
Водою смоют, и теплый ветер по крупицам разнесет…               

Всё это, впрочем, только мнится и только обещает быть,               
И как-нибудь да сбудется, что верно, когда продолжим жить, —         
Но в час судьбы решений моя рука, холодная как лед,               
Над домом, что мне дорог будет, крест благодарно вознесет.