Возвращение монаха в Петербург

Повис над Петербургом
Исаакиевский купол
средь кружева каналов
и седины небес.
А далее на Невском,
над морем человечьим,
звеня колоколами,
домов темнеет лес.

Подол промокшей рясы
над лужей поднимаю.
Я только что с вокзала,
я третью ночь не сплю.
Я снова в Петербурге,
хоть с вечера простужен
и нервы на пределе,
но я вас всех люблю.

Мне это так знакомо,
когда вы говорите:
"Всё внутренне присуще,
и абсолюта нет.
А правду не познаешь,
она трансцендентальна,
и ищут пилигримы
который век ответ".

Но кто же вам ответит?
У всех свои проблемы.
Слепой ведёт слепого,
и всем не по пути.
И запросто все судят
о том, чего не знают.
Выходит, что должны вы
всё время так идти.

И сквозь температуру
и смутное сознанье
мне видится, что лучше,
дороже всех наград
не то, насколько мудры
все ваши изысканья,
а то, что я вернулся,
и то, как я вам рад.

Повис над Петербургом
Исаакиевский купол
средь кружева каналов
и седины небес...
И вижу я, как в небе,
в тумане над рекою,
над колокольней Спаса
сияет Божий крест.