сказки про Васю 4

Стояло прохладное утро, когда над деревней поплыл тревожный крик:

— Козлёнок пропал! Беленький, с пятнышком на ухе… Зорька его звала-звала, а он не идёт!

Это была дочка кузнеца Ильи — маленькая Алёнка. Она стояла у плетня, глаза на мокром месте, а рядом суетились куры и квохтали, будто тоже переживали.

Вася сразу вышел из избы, присел перед Алёнкой на корточки:

— Не плачь. Если он ушёл, он оставил следы. А наши следопыты уже столько лесных тайн раскрыли — теперь самое время и деревенскую беду поправить.

Машка, Тимошка и Степка тут как тут — прибежали, даже ложки недомытые бросили.

— Мы найдём! — выпалил Тимошка. — Мы же теперь следы читать умеем!

Лисичка выскользнула из-за поленницы, нос поводила, принюхалась:

— Пахнет молоком и травой. И немножко — страхом. Он не далеко ушёл. Просто запутался.

Они пошли от двора кузнеца по тропинке, но уже через несколько шагов тропинка раздвоилась. Одна вела к полю, другая — в сторону леса.

— Тут он стоял, — сказала Машка, наклоняясь. — Видите, земля примята, и травинки надломлены. Он топтался, будто думал, куда бежать.

— А вот тут, — подхватил Степка, — он пошёл не по тропинке, а в траву. Значит, не хотел, чтобы его видели. Испугался чего-то.

Тимошка присел, разглядывая отпечатки маленьких копыт:

— Они мелкие, но чёткие. Значит, шёл быстро, но не мчался. Если бы мчался — следы были бы глубже и дальше друг от друга.

Лисичка кивнула:

— Верно. Он не убегал от волка. Он просто заблудился.

И они пошли по этим маленьким следам, как по ниточке. Иногда след терялся в сухой траве, но Машка замечала примятую былинку, Степка находил крошечную ямку в пыли, а Тимошка угадывал, где козлёнок мог свернуть, чтобы обойти камень или куст.

Так они дошли до края луга, где трава была высокой, почти по пояс.

— Тут он кружил, — тихо сказала лисичка. — Чувствовал, что не туда, но дороги назад не помнил.

Вася приложил ладонь к земле:

— Он тут лежал. Видите, трава примята кругом. Отдыхал, сил набирался. Значит, он не ранен, просто устал и испугался.

Ребята переглянулись — и вдруг Тимошка замер:

— Слышите?

В тишине до них донёсся тихий, жалобный «ме-е…». Совсем не громкий, будто козлёнок звал не на весь свет, а только тех, кто умеет слушать.

— Он там! — Машка показала в сторону овражка, где росли ивы и стелилась низкая поросль.

Осторожно, чтобы не спугнуть, они спустились вниз. И правда — в тени ив, прижавшись к влажной земле, сидел козлёнок. Уши дрожали, глаза были большие, испуганные, но когда он увидел ребят, он вдруг как будто понял: свои.

— Тихо, тихо, — прошептала Машка, садясь на траву и протягивая руку. — Мы тебя не обидим. Мы пришли забрать тебя домой.

Козлёнок понюхал её пальцы, потом ткнулся носом в ладонь — и вдруг прижался к ней, будто просил: «Не оставляй меня одного».

Степка снял свою куртку и аккуратно накинул на козлёнка, чтобы он не замёрз по дороге. Тимошка шёл впереди и показывал, где корни торчат, чтобы козлёнок не споткнулся. Машка держала его за мягкий бочок, тихо напевая какую-то простую песенку, от которой даже лес становился тише.

А Вася и лисичка шли по бокам, присматривая, чтобы никто не напугал малыша.

Когда они вышли на околицу, Зорька первой их заметила. Она всплеснула руками, потом схватила козлёнка, прижала к себе, а слёзы катились по щекам, но это уже были слёзы радости.

— Спасибо вам, родные! — повторяла она. — Я уж думала, всё, не увижу его больше!

Купец, который как раз стоял у колодца, снял шапку и поклонился ребятам:

— Вот это я понимаю — не сила, а умение. Вы не просто бежали и кричали, вы думали. И слушали.

Староста подошёл, погладил каждого по голове:

— Теперь про вас будут говорить: не просто ребятишки, а настоящие помощники. В беде — первые, в радости — рядом.

А козлёнок, хоть и был ещё напуган, уже тыкался носом в подол Зорьки, будто говорил: «Я дома».

Лисичка тихонько села в сторонке, помахивала хвостом и улыбалась про себя: мол, вот и пригодились лесные уроки — не только чтобы тайны узнавать, но и чтобы добро возвращать.

Медведь, который издалека наблюдал за всей этой суетой, медленно вышел из-за куста, посмотрел на ребят, на козлёнка, на счастливых людей — и тихо фыркнул, будто сказал: «Молодцы».

С той поры в деревне стали говорить: «Следы читать — не забава, а дело. Кто умеет видеть малое, тот и большое беду остановит».

А ребята — Машка, Тимошка и Степка — с тех пор знали: их умение — это не просто игра. Это способ помогать, когда кто-то теряется, когда кому-то страшно, когда мир становится слишком большим и непонятным.