***
КВА-А-КУМ
(Басня в лицах)
Когда в душе согласья с правдой нет,
На лад величье не пойдёт:
И вместо таинства родится оперетта,
А мудрый путник мимо с тишиной пройдёт.
В глухом углу заросшего пруда,
Где век дремала ржавая вода,
Под старою корягой, в полумгле,
Жил Жабище, согбенный на земле...
В года былые он ловил стрекоз,
Но возраст подошёл — и ревматизм пронял,
Облез бочок, простыл зелёный нос,
И прыгать тяжело, и пыл былой пропал...
Казалось бы — сиди, встречай закат,
Суши на солнце дряхлый свой халат!
Куда там! Спесь покоя не даёт:
«Простым лягухой сгинуть? Чёрта с два!
Пускай дрожит болотный весь народ,
Узнав, кака во мне сокрыта голова!»
И сбросив скромность старых берегов,
Надумал дед явить размах богов.
Сменил привычный квак на гулкий шум
И возвестил: «Отныне я — Ква-а-кум!
Я — Демон Бездны! Ужас двадцати распятий!
Питаюсь светом! Властелин заклятий!»
Чтоб этот титул утвердить в веках,
Решил на берег выкатить телегу:
На ней — мешок надутого ночлега,
Труха обид да пыль на башмаках.
Но чтоб доставить груз к людским умам,
Впряглись в упряжку трое слуг — под стать мечтам:
Гордыня, вздыбясь, лебедем к светилам рвётся —
Кричит, что с серафимами дерётся!
Личина пятится, как рак, назад, в кусты:
Чужое зеркало крадёт для красоты,
Ворует жесты, эхо, свет чужой,
Чтоб прикрывать осклизлый свой покой;
А Бот-трещотка, щукою на дне,
Всю воду мутит в сонной тишине,
Хвостом колотит, гонит рябь и муть,
Чтоб только счётчик на телеге круть!
Кто виноват из них, кто прав — решать не нам,
Да только воз и ныне там!
И как телеге с кочки сняться,
Когда лады меж ними не согласны?
Гордыня мнит, что правит вышиной,
Личина дышит завистью глухой,
А Бот бездушный щелкает в тиши,
Не ведая ни искры, ни души.
А солнце между тем встаёт над гладью вод,
И в чистом зеркале лучистого рассвета
Растаяла надутая комета —
Лишь дряхлый Жабище под кочкою сидит,
Слюной исходит, в зеркало глядит
И, силившись издать подземный гром,
Лишь тянет жалобно на весь затон:
«Ква-а... кум!.. Ква-а... кум!..»
Мораль:
Чужой огонь в карман не спрячешь татьбой,
Не стать орлом, прикрывшись берестой.
И сколько б ты личин ни примерял,
Каких бы слуг в трещотки ни набрал, —
Река Жизни течёт, прозрачна и глубока,
А для надутых жаб —
Всегда готова тина у осоки.
***
Кваакум...
© Copyright: Роман Орион, 2026
Свидетельство о публикации №126100707883
Свидетельство о публикации №126100707883
Рецензии
Отличная басня, целиком и полностью в духе дедушки Крылова и других классиков.
Роман, Вы развенчали и разоблачили всех самонадеянных жаб (людей, конечно), которые не смиряются с возрастными изменениями и хотят рулить до самой смерти.
Ваш Жаб получил по заслугам, и поделом ему.
С уважением и улыбкой,
Лана Вегерхофф 08.10.2026 04:07 • Заявить о нарушении
Роман, Вы развенчали и разоблачили всех самонадеянных жаб (людей, конечно), которые не смиряются с возрастными изменениями и хотят рулить до самой смерти.
Ваш Жаб получил по заслугам, и поделом ему.
С уважением и улыбкой,
Лана Вегерхофф 08.10.2026 04:07 • Заявить о нарушении
Лана, спасибо за отклик и улыбку.
Однако позвольте внести важное уточнение в оптику: басня ни в коей мере не касается биологического возраста. Зрелость, естественные изменения тела и накопленный жизненный опыт сами по себе достойны лишь глубокого человеческого уважения и бережного покоя («Казалось бы — сиди, встречай закат, суши на солнце дряхлый свой халат»).
Сатира здесь направлена на совершенно иной, сугубо духовный порок: на самозванство и спесь.
Смешон и жалок не стареющий персонаж, а то, как при внутреннем бесплодии надувается мнимое величие: когда обитатель тины объявляет себя «Демоном Бездны», ворует чужой свет и чужие отражения («Личина»), а для создания иллюзии народной любви нанимает бессмысленного «Бота-трещотку», чтобы только крутить счётчик.
Согласитесь, феномен «надувания кочки» и торговли краденым огнём не имеет возраста — им страдают и юные нарциссы, и зрелые симулякры.
Хотя я уже заметил в нашем общении Вашу удивительную склонность примерять на сильных героев образ физической дряхлости: вчера Вы искренне сокрушались о «забытом и брошенном старике Волошине» (хотя Максимилиан Александрович ушёл в расцвете духа в 55 лет, окружённый соратниками), а сегодня свели трагикомедию цифрового самозванства и ботов к банальной геронтологии.
Басня — о правде и фальши, о живом русле и болотной пене. А чистая река, как известно, всегда смывает наносное.
С теплом и пожеланием ясного взора,
Роман
Роман Орион 08.10.2026 07:44 Заявить о нарушении
Однако позвольте внести важное уточнение в оптику: басня ни в коей мере не касается биологического возраста. Зрелость, естественные изменения тела и накопленный жизненный опыт сами по себе достойны лишь глубокого человеческого уважения и бережного покоя («Казалось бы — сиди, встречай закат, суши на солнце дряхлый свой халат»).
Сатира здесь направлена на совершенно иной, сугубо духовный порок: на самозванство и спесь.
Смешон и жалок не стареющий персонаж, а то, как при внутреннем бесплодии надувается мнимое величие: когда обитатель тины объявляет себя «Демоном Бездны», ворует чужой свет и чужие отражения («Личина»), а для создания иллюзии народной любви нанимает бессмысленного «Бота-трещотку», чтобы только крутить счётчик.
Согласитесь, феномен «надувания кочки» и торговли краденым огнём не имеет возраста — им страдают и юные нарциссы, и зрелые симулякры.
Хотя я уже заметил в нашем общении Вашу удивительную склонность примерять на сильных героев образ физической дряхлости: вчера Вы искренне сокрушались о «забытом и брошенном старике Волошине» (хотя Максимилиан Александрович ушёл в расцвете духа в 55 лет, окружённый соратниками), а сегодня свели трагикомедию цифрового самозванства и ботов к банальной геронтологии.
Басня — о правде и фальши, о живом русле и болотной пене. А чистая река, как известно, всегда смывает наносное.
С теплом и пожеланием ясного взора,
Роман
Роман Орион 08.10.2026 07:44 Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.