Мне, может, не всё в этой жизни простится

Мне, может, не всё в этой жизни простится,
Однако, бурля полноводной рекой,
Я паинькой в ней не желаю светиться,
А пламя держу обожжённой рукой.

Неважно, что бурями сорваны траки -
Я душу встряхнул за загривок, и вот
Туда заливаю под крышку все баки,
Для веса добавив и жидкий азот.

Не мне дрессируются псы ездовые,
Но рад за меня весь Небесный Партком,
Что с горечью стрелы мои трудовые
Для тех, кто привычен к медку с сахарком.

Приблизился я к своему пониманью:
Ведь чтобы не выглядеть умным скотом,
Разделаться мне б со своей глухоманью,
Жить не оставляя её на потом.

К бессмертию что-то моё сопричастно -
Хватая руками кувалду и лом,
Я тем оживляю в себе ежечасно
Простую команду для духа - подъём!

Меж небом и жизнью мостом не понтонным,
А леской протянут я штиль тормошить,
Покуда не стал умудрённо-бездонным,
Пока не скатился, чтоб не согрешить.

Кладя не монеты в духовную полость,
Согласен мой ум с марафонами дней:
Оправдывать чью-то высокую подлость -
Стать духом подлее на сто ступеней.

Из жизни мне рано ещё увольняться,
И тем мной заплачена Богу пеня,
Что я не святошей хочу проявляться,
А грешником, кто преисполнен огня.