Окраина

Поют над крышей провода,
Гудят о тайнах сокровенных,
И пыльных улиц слепота -
В отметинах жары на стенах.

Кривых проулков лабиринт
Лучами солнца забинтован,
Скрывает лоб и шею бинт
Умершей улицы Крылова.

Заросший сквера уголок,
Морячки однорукой скулы,
Вцепившись в землю, трупом лег
Гвардейским слывший переулок.

В камнях и рытвинах земля,
Стеной к стене постройки жмутся,
Отсюда вырваться нельзя -
Как иногда нельзя проснуться.

И смотрят улочки в простор,
Где полем завладел репейник,
Ладони к небу зной простер -
Как дервиш старый на коленях.

А справа, где холмов гряда
Протянута засохшей раной,
Сверкает Каспия вода,
Как свет земли обетованной.

Здесь дуть положено ветрам,
Здесь, шкуры натянув овечьи,
Коты выходят по утрам -
Себя в пейзаж увековечить.

Играет ветер-суховей
Пустыми банками на свалке,
Повис на ветке воробей,
Как высохший клочок мочалки.

Пятиконечная звезда -
За металлической решеткой,
Под ней - убитый арестант
Лежит, растрелянный за что-то.

И спит, в сарай забравшись, тень,
Спит, развалясь косматой тушей,
Она, когда погаснет день,
Выходит из углов - и душит.

И в черноте ночных полей,
К чему-то этот мир готовя,
Рой зажигается огней -
Зрачков звериных паранойя.

И с каждой ночью ближе их,
Глаз стерегущих,жадный голод,
Кот, крыш владыка, шевелит
Луны, над ним повисшей, желудь.

Забыл давно он тела дрожь
От рук, что вдруг могли погладить,
Он память, как святую ложь,
Давно в углу зарыл, в подвале.

Размыты контуры домов,
Как хлам забытых декораций,
Здесь призраки блуждают снов,
Что никому уже не снятся.

И дверь, что в комнаты вела,
Крест на крест досками забита,
Она забыла, как ждала,
Что будет кем-нибудь открыта.

И та, чье фото на стене,
Не ждет уже, чтоб ей еще раз,
Как в том, давно забытом сне,
Помчаться на знакомый голос.

О том, что здесь кипела жизнь,
Не помнят мертвые деревья...
Душа заблудшая, ложись
И спи под в Рай ведущей дверью.