грибница

Октябрь дождями вызовет грибы,
ну, вылезут... Кому тут собирать их?
Касания и ласки чуть грубы,
поскольку откликаются в собратьях
во мху, где полумрак не загустел...
Невидимых, но стоит наклониться -
хитиновую нежность мокрых тел
ножу оставит чуткая грибница.

***

Колодезный журавль скрипит в ночи,
как призрак у оставленного дома,
и звуки разлетаются ничьи,
как будто не сложилась идиома,
устойчиво звенящая - пора
обрушиться, приблизившись к уходу
куда-то вниз, где ржавый бок ведра
десятки лет назад прилёг на воду.

***

Крыльцо, ступени... Древние дома
в провалах окон - признаках разрухи.
В садах листва и птичья кутерьма,
беспомощные старцы и старухи -
остатки жизни, лица - сотни лун,
а сколько было их, напомни, боже...
И к чурке прислонившийся колун,
который дров давно не колет больше.

***

Вернёшься, и стоишь, никем не зван,
поняв - ошибкой было возвращаться.
Октябрьский лист слетает в котлован,
как детских лет придуманное счастье.
Ну, выдумал... Казалось, навсегда.
Теперь последний оттиск с трафарета,
и всё, и больше незачем сюда.
И дождь идёт, и мокнет сигарета.

***

Качнёшь качели - вновь знакомый ритм,
сидение, истёртое до глянца.
О чём ещё сейчас поговорим,
и в чём сегодня будем изгаляться?
Ни в чём? Остроты кончились давно,
скрипят качели - мало масла петлям...
И яблоня, глядящая в окно,
нас яблоком смущает переспелым.