Ветренно. Холодно. Площадь нагая
Бронзовый Пушкин безмолвно грустит,
словно и вправду как бог полагая,
скоро придет и последний пиит.
Под ноги смотрит, но там ли он ищет
им же когда-то потерянный рай?
Ветер безжалостно снова освищет
все, что сказал ему царь Николай.
Музыка просится выйти наружу
словом вступиться за дальних — за тех,
в тайной надежде счастливым быть мужем
и на Лепажев случайный огрех.
Но, отвернувшись от “кино-россии,”
идол поник навсегда головой,
чтобы не видеть ни солнца, ни сини
над неоглядной, казенной Москвой.
Бронзовых губ непростой наблюдатель
вслед повторяет первейший урок:
как ни беги, здешней жизни создатель
рано иль поздно нажмет на курок.
Свидетельство о публикации №126100705055