Глава 4. Сон или планета?

      Связь с домом хромала, обрываясь каждые полчаса. Номеров коллег почти не было. Писать в чат запретили. Может, тем и лучше. С этого времени стрелка «вниз» стала заменять прочитывание вечно живого чата. Времени стало больше. Всё же, быть никем бывает лучше, чем кем-то.

       Дети слышали этот разговор. Но вряд ли их состояние ухудшилось именно из-за этого.

       В школе были помещения, куда можно было заглянуть лишь иногда слоняясь «по дежурству» или «провожая детей в медпункт». Но ничего интересного не было и в них. Ничего, что поможет «проснуться».

      «Сон во спасение» был первой версией происходящего. «Проснусь - и всё наладится», - тешила она себя. Выполняла работу по расписанию. Засыпала. Просыпалась. Но менялось только на ухудшение. Высшая категория и низжие условия работы?!! Так не бывает!..

      Но эта версия не была единственной. Заброшенная планета тоже многое объясняет. Ведь нельзя выгнать человека, хоть и лихорадочного, в никуда? Просто выбросить в космос, как на свалку?!

      Собственно, весь Пункт А и был большой свалкой: свалкой жвачек, от которых лихорадило ещё сильнее, ленивых мастеров, людей для эксперимента, лихорадочных детей и их родителей, в упор не видящих проблем.

      В школе, помимо ветхих парт были ещё и текущие краны. Казалось бы, решение есть: нужно поставить новые краны, а при установке между металлом и керамикой поставить резиновые прокладки. Но слово «прокладка» вызывает хохот и лихорадку, и её не ставят. Краны текут. Везде. И так по кругу: «течь» - «прокладка» - «хохот и лихорадка» - «течь».

      Никто стала опасна. Она наблюдает и делает заметки.

      Ей стало казаться, что этот эксперимент проводят не здесь. За Пунктом А наблюдают со стороны. Но кто?

      Перед засыпанием есть время поразмыслить.

      Только бы проснувшись, ничего не забыть!