Нацистский технократ

Тело Пина — это флаг,
Чёрный с белым, серой лентой пополам.
Красный клюв, красные ноги —
Как расцветка рейха, как приказ.

Красный клюв — это агрессия,
Красные ноги — это шаг, это марш по костям.
Он не просто птица-инженер,
Он — рейх-пингвин, лётчик, технократ.

Он не безумен, он холодный,
Точный, злой, без морали внутри.
Он не ищет прощений и боли,
Строит мир он под себя — иной.

Он не спорит о добре и зле,
Он не ищет правых и виноватых.
Он чертит, паяет, считает,
И в системе нет чувства расплаты.

Он не хочет править — он хочет починить,
Он не ищет славы — он ищет ответ.
Если надо убить, чтобы что-то включить,
Он убьёт, потому что так правильно. Нет?

Он летал над землёй, как ангел,
Но не нёс ни любви, ни тепла.
Он сбрасывал тени на город,
Где потом вырастала зола.

Он приложил свою руку к ядерки созданию,
Он чертил её контур в ночи.
Он — технократ, он — создатель,
Он — тот, кто шептал: «Включи».

Коричневая шляпа — «грязная» власть,
Лётчик, технократ, он не прощает нам.
Он не хаос, он — система,
Он — рейх-пингвин, он не прощает нам.

Он в ответе за печи и газ,
За конвейер, где люди — сырьё.
Он не лично сжигал, но он знал,
Что наука его — это зло.

Он в ответе за сотни имён,
Что исчезли в ночи без следа.
Он не хаос, он — система,
Он — рейх-пингвин, он не прощает нам никогда.

Родился он в Антарктиде,
Среди льдов и бескрайних снегов.
Но судьба его бросила в рейх,
Где он стал создавать мир без оков.

Он служил при третьем рейхе,
Он чертил своё имя в веках.
А потом оказался в деревне,
Где Смешарики жили в мечтах.

Ему тридцать шесть и шесть пингвиньих лет,
А в человеческих — сто двадцать.
Он — технократ, он — создатель,
Он — рейх-пингвин, он не прощает нам ничего. Никогда.