Колос жатва

Густая россыпь
Спелого овса
Скрывала часть
Твою лица.
Стеблями сжатые
В косу витки
Свивались вдоль
Твоей спины.
Ох, где же рук
Моих серпы?
Ох, мне бы жать
Всю красоту твою
В снопы!

Ох этот сочный,
Зрелый колос!
Он чувством —
Будто звонкий песней голос.
Ох, этой радостью
На взлёт, слова:
«Ты пой же, пой,
Моя душа!»

Рыжей опалою
Ржи скрыла,
Алой брусникой —
Губы свои.
Ох, как же они горячи!
Ох, дайте мне
Хитрость лисы,
Чтобы утром испить
С них свежей росы.

Ох этот сочный,
Зрелый колос!
Он чувством —
Будто звонкий песней голос.
Ох, этой радостью
На взлёт, слова:
«Ты пой же, пой,
Моя душа!»

Какие пышные ресницы!
Они соломенны,
Как суть пшеницы.
Под ними —
Синим лютиком глаза.
Пусти же ты меня
Скорей желанием туда,
Дай счастье мне
Хоть взглядом добрым, красота!

Ох этот сочный,
Зрелый колос!
Он чувством —
Будто звонкий песней голос.
Ох, этой радостью
На взлёт, слова:
«Ты пой же, пой,
Моя душа!»

Ох, жития
Реки брега!
На них любви
Растут всегда хлеба.
Ох, эти рожь,
С овсом сплетённая, пшеница,
Тот запах тела твоего,
Что участь — до безумия упиться.
Ох, эта жатва,
Руки, серп
И губ брусничный вкус —
Желанный только на десерт!

Ох этот сочный,
Зрелый колос!
Он чувством —
Будто звонкий песней голос.
Ох, этой радостью
На взлёт, слова:
«Ты пой же, пой,
Моя душа!»

Ох, этот край
Твоей фигуры!
Снопы, колосья
И рожь высокою натурой.
Ох, эти россыпи зерна!
В помоле — белоснежная мука.
Всё знает ведь твоя душа,
Когда в печи
Готовишь ты с хрустящей
Корочкой хлеба
И манишь этим
Так меня.

Ох этот сочный,
Зрелый колос!
Он чувством —
Будто звонкий песней голос.
Ох, этой радостью
На взлёт, слова:
«Ты пой же, пой
Лишь для неё,
Моя душа!»

Ох, где же
Рук моих серпы?
А мне бы вить
Тебя в снопы.
Ох, вот зерно
Пойдёт в помол,
Накроешь ты
Дубовый стол,
А ты с печи
Мне дашь хлеба,
И будет петь
Моя душа
О том,
Что лишь с тобой
Моя в любви судьба!

Ты пой же, пой
Всем сердцем
Для неё,
Моя душа...
       ОгО