Бархат и шёлк

Восточный двор. Фонтан. И тишина.
В тени инжир сплетается с плющом.
Здесь ночь не для того, чтоб пить до дна,
А для того, чтоб помолчать вдвоём.

Дым кальяна вяжет кружева,
На языке — корица, кардамон.
Молчание здесь — краше, чем слова,
А каждый взгляд — и компас, и закон.

Бархат и шёлк — не ткань, а состояние,
Между молчанием и словом — глубина.
Здесь ночь плетёт свои нам очертания,
И в каждом жесте — целая страна.

Рассвет ещё не скоро. На ладонь
Ложится тень от финиковых пальм.
Здесь тишина — не слабость, а огонь,
Что не спешит сжигать, а лечит шрам.

И пусть рассвет разрушит этот сад,
И город вновь наполнится людьми —
То, что молчание хранит как клад,
Мы спрячем это в утренней тиши.

Бархат и шёлк — не ткань, а состояние,
Между молчанием и словом — глубина.
Здесь ночь плетёт свои нам очертания,
И в каждом жесте — целая страна.

Бархат и шёлк — не ткань, а состояние,
Между молчанием и словом — глубина.
Здесь ночь плетёт свои нам очертания,
И в каждом жесте — целая страна.