Снайпер. Глава 11. За день до...

Ангары аэродрома Таблада в те дни пахли керосином, пылью и старой резиной. Самолёты взлетали пустыми и садились до отказа забитыми техникой и людьми, перебрасывая войска из Марокко. Войска тут же грузились в машины и отправлялись на передовую. Нескончаемый звук моторов, монотонный и нескончаемый, только усиливал ощущение, что люди застряли в промежутке — между мирной жизнью и настоящей работой. Грейс сидел на пустом ящике, развернув карту Мадрида, и стучал пальцем по району к западу от центра.
— Вот здесь, — голос у него был спокойным. — Каса-дель-Кампо. Франкисты руководят битвой отсюда, а штаб республиканцев находиться в районе Плаза-де-Эспанья. Между ними — река Мансанарес, мосты, баррикады. Унгрия — не генерал, но для франкистов он как кость в горле. Он знает, где лежат минные поля, и помнит все тропы в Гвадарраме. Без него оборона народников рассыплется быстрее, чем этот ангар.
Валтер пнул очередной кусок ржавого железа, и тот с лязгом откатился в темноту.
— Значит, нам нужно не просто выстрелить, — процедил он, потирая подбородок. — Нам нужно, чтобы выстрел сработал как детонатор.
— Именно, — кивнул Грейс. — Один выстрел — и их штаб начнёт метаться. Кто-то побежит искать снайпера, кто-то — прятать документы. Паника — лучший союзник. Но для этого выстрел должен быть точным. И быстрым. И чтобы мы успели уйти до того, как они поймут, откуда стреляли.
- Охрана в штабе не даст нам этого сделать. Михаил, долго молчавший, неожиданно вклинился в разговор. — Унгрия поедет на встречу на машине. За ним будет следовать грузовик с охраной. Вот здесь, на перекрёстке, мы отрежем охрану. Он подошёл к столу и ткнул пальцем в карту. — И пока будет сумятица, мы уже застрелим Унгрию.
- Где гарантия, что кортеж проедет по центральной улице? — поинтересовался Грейс.
- Эта улица меньше всего уставлена баррикадами. А все переулки, выходящие на центральную улицу, по максимуму завалены. Они туда не рискнут сунуться. Не забывайте: Мадрид живёт в ожидании налёта. Но существует маленькое «но» — на ней трудно обнаружить стрелков.
- Это нам и нужно. Ганс, всё ещё хмурый, встал из-за стола и подошёл к двери ангара. Дверь со скрипом открылась. Закурив сигарету, он посмотрел на заходящее осеннее солнце. «Что нас ждёт завтра?».
— Работаем парами, — громко произнёс он. — Первая работает в начале пути. Если что-то сорвётся и план изменится. Тогда вторая пара завершает миссию. Так всегда надёжнее.
— Верно, — согласился Валтер. — Значит, я с вами — на первом этапе. Дом напротив гостиницы, третий этаж. Там хороший сектор, и отход через чердак. Ганс работает — на втором этапе. «Телефоника». Самое высокое здание в городе. С десятого этажа весь Мадрид как на ладони.
Михаил, стоявший чуть в стороне, нервно затянулся сигаретой. Дым пошёл криво, и он закашлялся, прикрыв рот рукавом. Ганс? Меньше всего он хотел быть в паре с чистильщиком группы. Хладнокровным убийцей. И если он в чем-то усомниться, он убьёт не раздумывая. Правило одно: переоценить врага, чем дать погибнуть группе. Вот поэтому наёмники не доверяют новичкам. А он ещё и русский. И непонятно как попал к ним. Если задержится с выстрелом хоть на секунду, его сразу приговорят.
— А я? — спросил он тихо, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Куда меня?
Ганс фыркнул, не поднимая глаз:
— Ты будешь рядом со мной. Пока смотри и учись.
— Он пойдёт с Валтером, — спокойно сказал Грейс, поднимая взгляд на Михаила. — На ближнюю позицию. Если всё пойдёт по плану, ты будешь корректировщиком. Будешь следить за сектором, считать ветер, подавать сигналы. Если Валтер промахнётся — ты должен закончить миссию. Валтер скривился, будто попробовал что-то кислое.
— С перебежчиком? — протянул он. — Серьёзно?
— Серьёзно, — отрезал Грейс. — Он знает русский, а Унгрия окружён русскими советниками. Если там начнётся паника, ты услышишь русскую речь. Михаил её поймёт и сможет скорректировать действия.
Михаил сжал кулаки, но ничего не сказал. Только кивнул, стараясь выглядеть серьёзным.
— И ещё, — Грейс снова склонился над картой. — У нас есть информация, что в городе работает группа русских стрелков. Предположительно, они могут быть в охране. Значит, на отход будет не больше десяти секунд. Не успеете — в лучшем случае вас ранят.
— Десять секунд — это много, если знаешь, куда бежать. Ганс хмыкнул:
— Это мало, если за тобой охотятся такие асы. Это ведь они ликвидировали Шперле, — возразил Грейс. — Они не будут стрелять вслепую. Им достаточно блика прицела. Поэтому никаких лишних движений.
Валтер усмехнулся, но его улыбка напугала Михаила. — Красиво говоришь. А если они нас увидят раньше? 
В ангаре повисла тишина, нарушаемая только тем самым монотонным капаньем воды. Михаил потушил сигарету о бетонный пол, раздавив окурок подошвой. Его пальцы всё ещё слегка дрожали, но в глазах появилось что-то новое — не страх, а решимость.
— Я не подведу, — тихо, но твёрдо произнёс он. — Я сделаю всё, как надо.
Ганс посмотрел на него с недоверием, но промолчал. Валтер лишь хмыкнул и отвернулся. А Грейс, сложив карту, спрятал её в нагрудный карман и посмотрел на своих людей — каждого по очереди.
— Завтра, — сказал он. — Завтра мы сделаем то, за что нам платят. И после этого — море, солнце и никакой войны. Договорились?
Где-то вдалеке, за пределами аэродрома, громыхнул снаряд — первый предвестник завтрашнего штурма. И этот звук, резкий и чужой, напомнил всем, что время вышло. Завтра начнётся настоящая работа.