Слишком человеческое в романе Юрия Буйды

"Свобода безнравственна, свобода — добыча бесстыжих".Юрий Буйда



Парадоксальное размышление о природе человеческих чувств: желании абсолютной власти, любви, исполнения всего того, о чём можно мечтать, в короткие сроки по мановению волшебной палочки, даже если она будет принадлежать дьяволу, — всё это старо как мир, но всегда ново и актуально, потому как человек за тысячи лет мало в чём изменился, и в этом заложена некая абсолютная истина. Юрий Буйда — писатель, произведения которого часто относят к магическому реализму, ибо гротеск и фантастика в них умело сочетаются. В этом он очень близок Борхесу. Роман «Лев и Корица» — мистическая игра с мифами, людскими судьбами и их переплетениями. «Пусть чередуются весь век — счастливый рок и рок несчастный. В неутомимости всечасной себя находит человек», — писал Гёте в своём «Фаусте». Основная идея романа лежит буквально на поверхности — человек продаёт душу дьяволу ради женщины. Но за этим стоит не любовная история в привычном для нас понимании, а некое «прощание с иллюзиями патриархального миропорядка», в котором мужчина имеет силу и право на создание идеальной женщины по своим «лекалам». Главный герой — Лев Полусветов — «новый Фауст», но его сделка с дьяволом — не ради знаний и власти. Одним из его желаний была способность доводить всё до идеала, и первой в его эксперименте по трансформации становится женщина, потерявшая память. Кора (Корица) становится Галатеей в его руках — руках Пигмалиона. Силой мысли он меняет её тело, сознание. По «мужскому заказу» идеал женщины ваяется на протяжении всего романа «особым нервом», прорастая в каждой главе. Но нет и быть не может для этой фантазии продолжения. Потому что любые попытки изменить другого человека насильно обречены на крах. Кора в финале уходит в «междумирие», становясь реальной только для самого Льва, его видением, сном. Здесь сразу же видны отсылки к «Мастеру и Маргарите» Булгакова и к Гермине из «Степного волка» Гессе — ни той, ни другой женщины в реальности больше быть не может! По сути, Буйда высек эпитафию тому, что осталось далеко в прошлом, — ностальгии по патриархату, так уж точно! Фосфор — главный представитель дьявола в романе — объясняет Полусветову, почему выбор пал именно на него. Люди, которые постоянно мучаются вопросами о смысле жизни и не могут принять её текучесть и бессмысленность, постоянно ища «а что же выше и больше», чаще всего и попадают «в тёмный, грязный угол бытия, где мы их ждём». Библейские Притчи 19:23 гласят: «Страх Господень ведёт к жизни, и кто имеет его, всегда будет доволен, и зло не постигнет его». Деталь сна из детства Льва Полусветова, о которой говорит Фосфор, — Лев, будучи маленьким мальчиком, делает сбитой машиной собаке,которая в итоге умрет,  искусственное дыхание— очень чётко показывает, как в человеке за долгие годы его жизни постепенно отмирает душа, не встречая справедливости, и вот этот акт милосердия к каждому, кого встречаешь на пути, тоже постепенно сходит на нет, как нечто ненужное. Пропаганда работает также исправно: живи для себя, никто никому ничего не должен, заботься лишь о своих проблемах, не тратя энергию на чужие, и т.д. со всеми расстановками. Достоевский и его Раскольников, видящий сон, и Ницше с «человеком, которого нужно превзойти», и Лев Полусветов — все эти люди «духовного фронтира», стоящие на краю бездны. Роман вообще очень густо заселён отсылками: Маркес, Манн, греческая мифология, Ремарк, оккультизм, стеклянная церковь, Апокалипсис. Автор будто создаёт «напиток истины», сознательно смешивая всё воедино, и очень чётко подчёркивает основную мысль: герой, да и все мы, живём в мире с огромным переизбытком средств массовой информации, культуры, изобилии продуктов массового потребления, от которых уже рябит в глазах, и любая собственная попытка творить, создавать что-то «новое» всегда оборачивается цитированием, деконструкцией чужих мифов. Нот в музыке всего семь — сложно изобрести восьмую, сюжетов в литературе, да и в целом в жизни, по Борхесу, всего четыре, и эта матрица самоповторяющаяся. По мере того, как Лев наслаждается «сатанинской» роскошью, рихтует Кору с реальностью, начинает твориться неладное: исчезает один градус из окружности — круг более не замыкается, колёса велосипедов становятся эллипсами, с Джокондой в Лувре что-то не то. Это очень зримая метафора: каждое «улучшение» чего-то или кого-то при помощи сделки с «тёмными силами» искажает ткань мира, делая его более уязвимым, постепенно приводя к распаду. Разве не это мы сейчас наблюдаем в современном мире и обществе? «Русским выпала ужасная участь — жизнь в стране, несоразмерной человеку. Поэтому они строят личные миры, исполненные волшебства и веры». Эта мысль раскрывает один из ключевых мотивов произведения — слабые попытки каждого из нас создать в сложных условиях собственный, почти волшебный мир-ракушку «тихого безвременья». Так что же тогда такое свобода, спросите вы!? Свобода в романе — отнюдь не благо, а испытание. Неограниченное могущество, полученное через сделку, — тяжелейшее бремя для человека, который всю жизнь пытался «вырваться из личного лабиринта», убежать от самого себя, не надеясь найти смысла в существовании. И самый первый шаг — отважиться, а второй — не разрушить и удержать начатое. Лев делает первый шаг, но не может справиться со вторым: мир рушится, Кора становится лишь иллюзией, жизнь ещё более бессмысленной. "Свобода безнравственна, свобода — добыча бесстыжих. Мир открывается тем, кто отваживается на первый шаг, — но принадлежит только тому, кто делает второй".Уча человека смирению через потери, даже когда ты обладаешь абсолютной властью, Дьявол в лице Фосфора обволакивает весь текст фатализмом, показывая, что всемогущество доступно лишь Богу и Дьяволу, а остальное —  иллюзия больного ума. «Вы должны смириться с необходимым, как мы смиряемся с неизбежным».