В осеннем парке в воскресенье

В осеннем парке в воскресенье еще засветло гуляли сотни людей.

Из каждого угла звучала музыка, кое-где танцевали.

Толпа резко делилась на две неравные части.

Большинство, включая меня, одеты в куртки – это местные, которым уже холодно.

А четверть в шортах и футболках – это скандинавы, ирландцы, англичане, которые приехали погреться в последнем тепле Черноморского побережья – им жарко.

Я как раз дошел до кульминации нового романа – сами знаете кого, о ком, против и за кого и остановил аудиофайл.

Я уже все понял про героев и про автора.

Развитие остросюжетного романа — это зоопарк, где по замыслу дирекции я должен смотреть на зверей – как они бьются от бессилия в своих клетках, принимают пищу и чешут спину о решётку.

Настоящая литература, наоборот, это тот же зверь, но в дикой природе – скорее всего он от тебя убежит, и ты услышишь только отдаленный звук, но может быть иначе – нападет и самому придется убегать или лезть на дерево.

А теперь негде искать настоящего зверя, потому что зоопарк везде – деньги, коммерция, сериалы.

Я и не ищу, но ведь можно же, глядя на зверя в клетке, представить его же в лесу!

На кульминации романа, как раз там, где нужно смотреть во все глаза и слушать во все уши как страдают герои я остановился и стал думать о себе на своем месте и ставить себя на место героев.

Точнее, одного из героев, Максима, потому что на месте остальных оказаться не могу.

Я не могу быть беременной девушкой, не могу быть матерью её парня, солдатом и уклонистом от воинской службы – в силу возраста, а главврачом госпиталя – в силу другой профессии, мужем-подкаблучником и алкоголиком я не могу быть, потому что не хочу им быть.

Я стал думать о себе – о добре и зле в себе в обстоятельствах героев романа.

И тут произошло нечто.

Ко мне из парковых кустов под ноги бросился маленький черный котенок – то ли брошенный кем-то, то ли незаконнорожденный плод любви множества парковых котов.

Нескольких месяцев отроду, он стал путаться у меня под ногами, тереться о джинсы и кроссовки и не давал идти.

Котенок смотрел мне прямо в глаза своими зелеными глазками – забери, забери меня.

Куда я тебя заберу!

Сейчас я один, но и будь я не один – заботиться не смог бы – обуза.

Я еще почему-то очень не хочу стать автором очередного поста в сети – котенок ищет семью.

За что я унижаю авторов таких постов?

Я занят важными делами, я мыслю широко и глубоко, руковожу бизнесом, раскопал важную вещь в функциональном анализе – не открытие, но изящно, успеваю читать новый роман, а тут вы со своими котами!

Котенок — это обуза и новый роман обуза, но эту обузу я переживу и даже заработаю на романе капитал.

Я стану первым в моем кругу, прочитавшим роман, меня будут спрашивать о романе, а я – отвечать и красоваться.

Я буду слушать, то, что говорят о романе другие и делать вид, что мне важно чужое мнение.

Этим я завоюю расположение других – людям нравится, когда их слушают…

Я ускорил шаг и бросил котенка.

Он отстал, а я остановился, повернулся, чтобы успокоить свою совесть.

Котенок шел в кусты.

Вдруг он тоже остановился, развернулся и снова бросился ко мне, опять глядя прямо мне в глаза.

Я опять ускорил шаг.

Я уходил, и котенок тоже остановился, развернулся и пошел в кусты.

Я ушел дальше в парк и дослушал кульминацию романа, где уже все понял про героев и про автора.

Потом через толпу гуляющих я пошел домой.

Сначала я хотел идти домой, обойдя кусты с котенком дальней дорожкой, но не смог и пошел мимо тех кустов.

Возле котенка собрались несколько женщин.

Одна взяла его на руки.

Я вернулся домой и дослушал финал и эпилог.

Пил чай, переписывался в чатах, звонил семье, слушал как физик и математик говорят об ИИ, сам спросил ИИ о промышленом применении графена.

Все это время на втором плане и в коротких перерывах думал о романе.

В Сети роман возносят до небес и поносят последними словами.

Сотни постов с отзывами о романе и тысячи комментариев под отзывами.

Теперь вы прочли мой отзыв.

Я прошел через толпу людей, которым одним жарко, а другим холодно при одной и той же погоде.

Я оттолкнул и, по сути, предал живое существо, просившее моей помощи.

Я знаю кем был тот котенок – это неродившийся сын Ульяны приходил ко мне с вопросом – а кто здесь ты!?

И я ему ответил – я здесь читатель.