Очки

Я век свой жил, судьбой от бурь хранимый,
С улыбкой беззаботной на устах,
В избушке, где очаг неугасимый,
Купаясь в сладких грёзах и мечтах.

И не страшны мне вьюги и морозы;
Просторны стены, окна смотрят в сад;
Не зная ни тоски, ни скрытой прозы,
Я был своей житейской доле рад.

Но старость, гость докучный и лукавый,
Над взором у меня сгустила мрак.
И лекарь, муж угрюмый, величавый,
Неумолимо строго, молвил так:

«Прими сей дар, о друг, не унывая.
Взгляни на мир сквозь хрупкое стекло.
Носи очки всё время, не снимая.
Не омрачай печалями чело!».

Пришёл домой, надел прибор поспешно.
Взор острый кинул —  боже, что вокруг!
Мое смятенье, горе безутешны,
Слепец наивный, был я близорук..

Где ж пышный дом? Где светлые чертоги,
Высокие и гордые врата?
В углах моих — убогая берлога,
Нужда, тоска и злая нищета.

Паук заткал лохмотьями оконце;
В пыли стоит забытая скамья;
Худая крыша, в щели светит солнце;
В печи угасла искра бытия...

И мышь-старушка из-под половицы
Глядит в тоске, не прядая ушком.
В ее глазах мольба еды крупицы.
Не сладка жизнь с убогим стариком...

Ужель сей склеп, сей ветхий дом печальный,
Где стонет дверь и царство паука,
Финал трудов, усилий тривиальный?
Как правда зрима стала и горька!

О горе мне! К чему сей дар лукавый?
Я счастлив был в неведенье слепом.
Зачем прозрел для скорби величавой?
Напрасно я украсился стеклом!

Нет, прочь его! Довольно горькой муки.
Я сброшу с глаз обманчивый хрусталь.
Порой для счастья нужно лишь от скуки
Глаза прикрыть, чтоб не смотреть в печаль.


Рецензии