Песня к фильму настоящий человек

песня к фильму НАСТОЯЩИЙ ЧЕЛОВЕК

Над холмами — свинцовая мгла;
В небесах — завывает тревога.
Скоро мир наш — сгорит весь до тла,
Всем не выжить — у смерти порога.

Шеф и золото — спрятал в гранит,
Шеф и чипы — считал очень точно.
Сто людей, семьсот дней — лимит...
Только совесть — забыл он, заочно.

Время смерти уже — на табло;
Цифры чертят — последний финал.
Но по пыльной — дороге с холма
Кто-то слабый — к дверям подбежал...

Вот надрывно — сирены завыли,
Видим, кто-то — спешит по пыли.
Бежит в платье — коротком летнем,
Со всех сил — с малышом малолетнем.

Если мир — загорится в огне,
Если рухнет — наш мир навсегда,
Человек распахнёт — дверь, всегда
Чтоб не ждала — ребёнка беда!

Разбивая — коленки в кровь,
Та девчонка — от страха рыдала...
Но швырнул — её шеф за дверь,
Шефа логика — не пострадала.

Два врага — у железных дверей,
Два крыла — у распятого мира.
Когда смерть — заслонила дисплей,
Вмиг растаял — расчет командира.

Загудели — моторы во тьме,
Быстро дверь — закрывалась послушно...
Но вдруг выстрел — пробил тишину,
Кто-то шефа — убил равнодушно.

Тут военный — убрал пистолет,
А второй сам — рванулся наружу!
Побежал, где — спасения нет,
Взял и спас он — детскую душу!

Если мир — загорится в огне,
Если рухнет — наш мир навсегда,
Человек распахнёт — дверь, всегда
Чтоб не ждала — ребёнка беда!

Был захлопнут — тёмный подвал,
Его дверь — закрылась впотьмах.
Кто ребёнка — жизнь не ценил,
Был оставлен — валяться в кустах.

Если мир — загорится в огне,
Если рухнет — наш мир навсегда,
Человек распахнёт — дверь, всегда
Чтоб не ждала — ребёнка беда!

«Истинная угроза человеческому выживанию — не ядерный апокалипсис.
Истинная угроза наступает в тот момент, когда люди передоверяют свою мораль алгоритмам и сухой математике.
Остаться настоящим Человеком — значит быть критической ошибкой в идеальном коде...»

------- сценария серии Цифрового зеркала, Настоящий человек ----- 

Настоящий Человек

Глава 1. Обреченный мир и безупречный расчет

Воздух за пределами бетонного оголовка бункера казался осязаемым — тяжелым, липким, пахнущим той странной металлической гарью, которая всегда предшествует катастрофам. Небо над пожелтевшими холмами окрасилось в грязный, багрово-свинцовый цвет. Птицы замолкли еще на рассвете, а ветер стих, словно испуганно забившись в кроны деревьев. Весь мир вокруг прекрасно понимал, куда всё движется. Для того чтобы осознать очевидное — война неизбежна — не нужно было обладать гениальным умом.

Крупные государства уже давно наплевали на все международные договоры, хартии и элементарные нормы приличия. Каждое правительство лихорадочно старалось придвинуть свои ракетные комплексы как можно ближе к границам соседей, или к тем стратегическим точкам, которые они высокомерно объявили «зоной своих национальных интересов». Суть этих интересов оставалась прежней, чужие: нефть, газ и редкоземельные материалы, расположенные на землях государств  соседей.
Земля задыхалась от технологического бума, мир просто не мог насытиться микросхемами. Они нужны были везде, от кардиостимуляторов до ИИ серверов.

 Полупроводники и чипы требовались повсюду, и далеко не только для производства новеньких мобильных телефонов, игровых консолей или плоских телевизоров. В первую очередь они были необходимы военно-промышленному комплексу. Микросхемы тоннами уходили в начинку баллистических ракет — или, как лукавили на экранах телевизоров холеные журналисты, «средств доставки ядерных зарядов». Как будто это трусливое название меняло саму суть грядущего кошмара. Точно так же чипы требовались для противоракетных систем, призванных отбить вражескую атаку ещё стратосфере. Человечество, словно обезумев, до самого дна черпало скудеющие ресурсы планеты ради одной цели — создавать новые и новые ракеты. Всем странам нужно было еще больше оружия, и соседи делали всё, чтобы не оставить друг другу ни единого шанса. У этого мира изначально не оставалось возможности сохранить мир.

Особенно хорошо всё это понимал Он. Человек, стоящий сейчас у входа в шлюзовую камеру. Теневой политик, мультимиллиардер, циничный бизнесмен и кукловод, привыкший дергать за невидимые нити глобальной экономики. Он обожал переставлять лидеров сверхдержав по шахматной доске геополитики исключительно так, как было выгодно его финансовой империи. Обыватели свято верили, что их действующий президент — это «совесть нации», самостоятельно пробившийся к вершине трибун, чтобы произносить пламенные речи и поздравлять свой народ с праздниками. На самом деле этот образ от начала и до конца создал Он. И именно Он стоял за каждым судьбоносным государственным решением. Его колоссальные деньги решали в этом мире абсолютно всё.

Он всегда безупречно держал нос по ветру, вкладываясь лишь в то, что гарантировало сверхприбыль. Когда на подъеме оказались мощные видеокарты и нейросети, он выделил баснословные гранты на развитие искусственного интеллекта. Когда стало ясно, что планета скатывается к глобальному конфликту, он хладнокровно инвестировал в подготовку к войне. Раз уж человечество жаждет сгореть — что ж, пусть будет так, если подготовка к войне, она принесет ему еще больше капиталов.

Но что делать потом, когда мир полыхнет в атомном пламени? Он, разумеется, предусмотрел и это. Лично его грядущая катастрофа коснуться не могла. Он начал проектировать и строить свой автономный подземный бункер задолго до того, как министерства обороны начали чертить на картах траектории полета боеголовок и двигать батальоны схваченных на улицах, своих мобилизованных граждан,  к чужим границам.

Пока мир сходил с ума от внезапного, дикого подорожания электроники, обвиняя в дефиците майнеров криптовалюты и прожорливые сервера ИИ, истинная разгадка оставалась тайной для обывателей. Это Он тайно, через подставные фирмы, скупил колоссальные объемы готовой продукции прямо со складов заводов-производителей. И всё это было перевезено сюда, под землю.

В его подземном убежище, защищенном километрами скальной породы, находились огромные хранилища не уступающие банковским, забитые золотыми слитками. Но как прагматик он понимал, что в постапокалиптическом, разрушенном мире золото может оказаться мертвым, невостребованным металлом. И потому рядом располагались куда более ценные залы, под завязку набитые новейшей электроникой. Видеокарты, планшеты, смартфоны, мощные ноутбуки и огромные панели телевизоров стояли там ровными, плотными рядами в заводской упаковке. Отдельные склады занимали бесконечные паллеты с коробками, доверху наполненными дефицитными микросхемами. Главная ценность заключалась в том, что здесь, под толщей гранита, электроника была полностью защищена от воздействия разрушительного электромагнитного импульса (ЭМИ), который в первые же секунды ядерных ударов выжжет и превратит в бесполезный хлам всё, что останется в развалинах на поверхности. Когда дым рассеется, взять работающую технику будет просто негде. И тогда только Он снова станет единоличным и полноправным властелином, уже всей планеты.

Глава 2. Ковчег идеального порядка

Разумеется, в своем подземном царстве он не собирался в одиночестве мыть за собой тарелки. Вместе с ним под землю спускалась его личная, тщательно отобранная прислуга и весь необходимый обслуживающий персонал — вышколенные, дисциплинированные люди, привыкшие выполнять любые распоряжения точно, быстро и беспрекословно.

Проектируя бункер, он подошел к вопросу с дотошностью безумного математика. Внутри были созданы колоссальные запасы продовольствия и очищенной воды, рассчитанные ровно на 100 человек на 700 дней автономного существования. Этого времени должно было с избытком хватить, чтобы смертоносная радиация на поверхности спала до приемлемого уровня и из убежища можно было безопасно выбраться наружу.

Здесь был обустроен передовой медицинский отсек, оснащенный самым современным диагностическим и хирургическим оборудованием, которое только могло понадобиться, а также склады с медикаментами — всё строго из расчета на те же 700 дней для сотни избранных.

Чтобы персонал за два года изоляции не сошел с ума от депрессии и психологического давления, в бункере функционировали две независимые комнаты отдыха и развлечений. В каждой из них было установлено по большому телевизору. Это было сделано для того, чтобы избежать конфликтов: если одна часть людей хотела смотреть кино, а кто-то другой не желал делить с ними этот просмотр, они могли спокойно разойтись по разным залам. Он собрал грандиозную библиотеку бумажных книг для любителей классического чтения, а также библиотеку флеш-карт, на которые были записаны практически все фильмы, сериалы и литературные произведения мира. Имелись и современные музыкальные проигрыватели для тех, кто захочет потанцевать и сбросить напряжение. Рядом располагался просторный спортивный зал, укомплектованный всевозможными тренажерами, чтобы рабочая команда могла поддерживать себя в физической форме.

Воздухом людей обеспечивала сложнейшая, многоуровневая система фильтрации и регенерации кислорода — опять же, выверенная до кубического сантиметра на 100 человек на 700 дней. Он предусмотрел абсолютно всё.

Своей собственной семьей этот человек так и не обзавелся — он принципиально не желал обременять себя лишними заботами и душевными привязанностями. Тем не менее, женщины окружали его всегда: топ-модели, известные актрисы, элита светского общества. Ни с кем из них он не связывал себя долгими обязательствами — просто покупал их внимание, пользовался, а когда игрушка надоедала, хладнокровно менял на новую. Чтобы не скучать во время двухлетнего подземного заточения, он заранее отобрал для бункера хорошенькую, молоденькую горничную — очень приветливую, исполнительную и внешне крайне интересную для него девушку. По его замыслу, она должна была идеально скрасить его элитарное одиночество. Однако, верный своей привычке всегда подстраховываться, на всякий случай он предусмотрел ей замену — такую же миловидную, молодую и услужливую официантку из закрытого клуба.

Он всегда и всё дублировал. В инженерном устройстве бункера абсолютно все жизненно важные системы имели резервную копию. От контуров подачи воды для гигиены до сложнейших узлов воздушной фильтрации. Если одна основная система внезапно выходила из строя, автоматика или люди могли мгновенно переключиться на вторую, пока штатная команда высококлассных техников устраняла поломку, используя оборудованный в бункере склад, оригинальных запчастей.

Он предусмотрел даже такую тонкость, как подавление возможного бунта в случае непредвиденной психологической ситуации. Как ни крути, сотне человек предстояло находиться в замкнутом пространстве долгие 700 дней, что превращало бункер в подобие подводной лодки, где любой стресс мог спровоцировать конфликт. Под землей находились уникальные специалисты: фермеры-агрономы, которые после выхода на поверхность должны были использовать хранилища семян для выращивания нового постапокалиптического урожая; опытные мастера-плотники и мастера каменщики, чьей задачей было построить для него на выжженной земле новый роскошный загородный замок, где он воцарился бы в качестве правителя и абсолютного феодала. Допускать бунты среди этого людского ресурса было нельзя.

Для поддержания порядка у него имелись два вооруженных гвардейца. Это были единственные люди во всем огромном подземном комплексе, у которых имелось огнестрельное оружие. И чтобы полностью пресечь даже малейшие попытки этих вооруженных мужчин проявить солидарность или, упаси Бог, заглядываться в сторону его личных женщин, он лично проследил, чтобы в охрану были отобраны два человека с диаметрально противоположными взглядами.

Один из них был белым мужчиной, суровым, молчаливым профессионалом, который в узком кругу никогда не скрывал своих ультраправых, расистских убеждений и откровенно презирал цветных. Второй — черный гвардеец, бывший наемник, который был ему под стать: он платил коллеге взаимностью и глубоко презирал белых. Они оба составляли его личную армию и внутреннюю полицию. И не существовало ни единого, даже теоретического шанса, что эти двое смогут войти в тайный сговор против своего нанимателя. Их укоренившиеся взаимные обиды и идеологические разногласия на почве расизма просто физически не позволили бы этому произойти. Он просчитал человеческую психологию так же точно, как объемы провизии. Всё было готово.

Глава 3. Часы Судного дня

И вот этот день настал. Будучи главным теневым правителем, он знал о точном времени, конца света заранее, за несколько часов до того, как в свинцовое небо на аэродромах великих держав начали подниматься тяжелые стратегические бомбардировщики с атомным оружием на борту, взяв курс на территории своих соседей, чьи нефтяные и редкоземельные ресурсы вызывали столь яростную зависть.
За сорок минут до закрытия шлюза Хозяин лично встал на входе в массивный бетонный коридор. За его спиной, на некотором расстоянии друг от друга, замерли два верных охранника. Мультимиллиардер лично контролировал процесс, проверяя пропуска подходившей обслуги, чтобы под землю проникли исключительно нужные, внесенные в списки люди. Все были оповещены вовремя, каждый четко знал свои действия на случай Судного дня.

Люди шли ровной, спешащей цепочкой по длинному пандусу. Уже на подходе к шлюзу они торопливо и послушно,  доставали свои пластиковые пропуска с биометрическими фотографиями. Белый охранник монотонно считывал каждый штрих-код ручным лазерным сканером. Пришедший работник мгновенно отображался в базе данных, бортовой компьютер фиксировал его присутствие в финальном списке, и человек проходил вглубь, направляясь к своей жилой комнате. Всё это ранее репетировалось на учениях и шло в идеальном соответствии с утвержденным планом.

Время неумолимо шло. Хозяин то и дело раздраженно посматривал на свои дорогие наручные часы из белого золота. На двадцатой минуте до финального закрытия шлюза цепочка спешащих работников полностью иссякла. Коридор опустел. Не было только одного человека — той самой хорошенькой молодой горничной, которая была ему симпатична. В постели с ней он планировал проводить долгие вечера в течение этих двух лет вынужденного заточения. На поверхности он еще ни разу не прикоснулся к ней, специально оставив это удовольствие «на потом». Мыслей о возможном отказе в его голове даже не возникало — женщины не отказывают таким людям, как он.

 Горничная опаздывала. Это шло наперекор графику, а он не  любил, если его планы нарушались.

Наконец, когда на электронном табло над дверью шлюза внутри бункера загорелись зловещие цифры 00:12:00 — двенадцать минут до удара — вдали на пыльной дороге появилась одинокая бегущая фигура. На лице Хозяина проступила кривая, высокомерная усмешка: всё-таки успела, страх смерти творит чудеса. Белый охранник за его спиной сделал шаг вперед и стал делать девушке знаки руками, призывая её максимально ускориться. Времени до герметизации оставалось мало. Над холмами уже вовсю ревели сирены гражданской обороны — воздух содрогался от жуткого, воющего звука воздушной тревоги. Первые баллистические ракеты с ядерными боеголовками уже стартовали со своих шахт на другом конце континента.  А ракеты с этого конца континента уже давно и первыми двигались им  на встречу.   Пора было закупоривать ковчег.

Однако, когда запыхавшаяся горничная подбежала ближе, Хозяин бункера резко нахмурился. Вот она — причина её задержки. Девушка была не одна. Она тащила за руку маленькую девочку лет шести. На малышке было надето легкое, короткое летнее платьице. Детские ножки семенили из последних сил, крошечными шажками пытаясь успеть за взрослой женщиной. Для этих маленьких ног путь к бункеру оказался слишком долгим и невыносимым. Судя по пыли и ссадинам на открытых коленках, девочка по дороге не раз падалa, обдирая кожу при падении. Но горничная упорно, не обращая внимания на усталость ребенка, рывками продолжала тащить её за собой.

Эта картина вызвала у миллиардера вспышку холодного гнева. Появление ребенка ломало его выверенную структуру. Никаких детей у горничной в его базах данных и близко не значилось. Более того, собирая досье на персонал, его служба безопасности почему-то упустила тот факт, что у этой работницы вообще есть дочь. Он очень, не любил подобные сюрпризы. Светящиеся часы над дверью продолжали обратный отсчет судного дня, напоминая, что каждая секунда на счету. Он рисковал своей жизнью, а рисков его математический склад ума не переносил.

Как только опоздавшая  горничная, задыхаясь в  словах извинений, попыталась проскользнуть мимо него во вход шлюза, Хозяин среагировал мгновенно. Он жестко перехватил тонкое детское запястье, с силой вырвал руку ребенка из ладони матери и резким, безжалостным толчком вытолкнул девочку обратно наружу, на бетонный пандус.

Измученная малышка, не удержалась на ногах, сильно шлепнулась, вновь больно ударившись открытыми коленками о бетон, её толкнули так что она отлетела на несколько метров от входа. От огорчения,  боли и непонимания, она громко заревела. Но уже через мгновение к детскому огорчению добавился новый ужас. Тяжелая, толстая дверь из бронированного стекла плавно скользнула по направляющим сверху вниз, с глухим стуком перекрывая вход.

 Горничная оказалась заперта внутри шлюзовой камеры, а маленькая крошка осталась снаружи, одна.

Девочка сидела на плитах, безутешно рыдая и размазывая слезы по лицу грязными, испуганными ручонками. Это была хорошенькая, светлая малышка, удивительно похожая на горничную. В это время ,сама горничная, за бронированным стеклом билась в  истерике: она  кричала, срывая голос, и изо всей силы била кулаками по непробиваемой прозрачной броне. Её горе было безграничным.

Хозяин бункера поморщился от этого шума. Хотя он совершенно не обязан был снисходить до объяснений с прислугой.

 Он повернулся к рыдающей девушке и ледяным, размеренным тоном пояснил, что в его действиях нет личной неприязни — это чистая математика. Всё рассчитано: еды и воды ровно на 100 человек на 700 дней.

— Она маленькая! Она почти ничего не будет есть! — перебивая его и полностью нарушая всякую субординацию, закричала горничная сквозь рыдания. — Я буду отдавать ей свою еду! Она не возьмет ни крошки лишнего! Это никому ничего не будет стоить!

Но лицо Хозяина оставалось неподвижной маской. Он никогда не менял своих решений.

— Дело не в еде, дура, — тихо ответил он, глядя на неё как на дефектный узел механизма. — Мой бункер — это герметичная, замкнутая экосистема.

 Твой ребенок не будет лишнего есть, но он будет  дышать. Она станет потреблять кислород и выделять углекислый газ, объем которого не заложен в регенерацию нашей системы фильтрации воздуха. Она нарушит баланс, рассчитанный на сто взрослых организмов. Из-за её легких на шестьсот девяносто девятом дне мы все здесь начнем задыхаться. Это абсолютно неприемлемо.

Глава 4. Пробуждение человека

С этими словами он демонстративно отвернулся от бессильно плачущей в стекло женщины, и решительно подошел к главному пульту управления, расположенному у внутренней стены. Ему оставалось лишь активировать массивные сервоприводы, чтобы опустить вторую, финальную многотонную бетонную дверь, которая навсегда скроет их от умирающего внешнего мира. Он протянул руку к кнопкам.

— Как вы, служба безопасности,  вообще пропустили, наличие этого ребёнка.
Обратился он, не поворачиваясь к белому охраннику, тенью стоящего за его спиной.

— Мы тут не причём, ответил он, у неё не было цифрового следа. Она ещё слишком маленькая. Алгоритмы, ищут данные в налоговых декларациях, в социальных сетях, кредитных историях, девочка, могла жить у родственником, и не была с ней прописана. Или же, это дочь, её сестры. Для системы, её не существовало.   Я не знаю, где взялся, этот ребёнок. Может она её, по пути сюда, на улице, потерянную нашла…


 Мощные электромоторы, под потолком, уже издали характерное предупреждающее жужжание, и повинуясь нажатию кнопки, начиная движение тяжелой плиты.
У бронированного стекла,  продолжала  творится трагедия: горничная рыдала, хлопая ладонью ,   по прозрачной  двери, а маленькая девочка снаружи продолжала плакать в пыли, парализованная страхом от того, что её бросили одну.

Вдруг, жужжание наружного люка, резко замерло. Движение, тяжелой бетонной стены,  остановилось. Рука, которая должна была удерживать  нажатой,   финальную клавишу закрытия, внезапно обмякла и тяжело упала вдоль туловища. А ещё через секунду, рука Хозяина уже безвольно лежала на полу, а из-под его ладони стремительно растекалась густая лужа багровой крови. Само тело теневого правителя грузно повалилось на пластиковое покрытие  пола, прямо у пульта управления. В его затылке чернело аккуратное, отверстие.

Белый охранник медленно опустил дымящийся  пистолет. Его правая рука, согнутая в локте у пояса, слегка подрагивала, а взгляд оставался прищуренным. Он медленно, повернулся корпусом ко второму, черному охраннику.

Тот за все эти секунды не сделал ни единого движения в сторону кобуры. Он стоял неподвижно, словно статуя. Их взгляды встретились в глухом, звенящем безмолвии подземного шлюза. Они оба были профессионалами высочайшего класса. Они прекрасно знали свою работу и умели выполнять её безупречно в любых стрессовых условиях. Черный охранник выдержал этот тяжелый, пристальный взгляд. Он не пошевелился, не потянулся к оружию. Вместо этого он лишь твердо, едва заметно кивнул головой.  Они пришли к  согласию.

В этот короткий, растянутый во времени миг они полностью поняли друг друга. Вся та искусственная, взлелеянная такими же кукловодами как мертвый миллиардер, расовая ненависть и взаимные предрассудки, на которых строилась его «безопасная» система сдержек, мгновенно испарились перед лицом чего-то куда более грандиозного. Перед лицом чистой человечности.

Напряжение спало с лица,  белого охранника и он удовлетворенно, и четким движением убрал дымящийся пистолет обратно в кобуру. Тонкое облачко порохового дыма от выстрела, за это время, уже успело  подняться к потолку и достигло чувствительного датчика-анализатора воздуха. Внутри стены немедленно включился дополнительный вентилятор, и гарь с тихим шуршанием стала втягиваться в фильтрующее устройство. Но в этой стерильной аккуратности больше не было никакого смысла.

Белый охранник, повернулся спиной к чёрному и шагнул к пульту. Там он быстро нажал нужную комбинацию клавиш. Бронированная стеклянная дверь, только что разделявшая мир живых и обреченных, с шипением поползла обратно вверх. Как только она прошла половину пути, охранники начали действовать как одна слаженная, идеально натренированная команда, понимающая друг друга без единого слова.

Белый мужчина наклонился, крепко схватил безжизненное тело бывшего Хозяина за ноги и, оставляя за ним широкую,  кровавую дорожку на глянцевом полу, поволок его к выходу. Он с силой вытолкнул труп миллиардера наружу, сбросив его со ступенек пандуса в придорожную пыльную  канаву — туда, где мертвые деньги и сухие математические расчеты больше не имели никакой власти.

Одновременно с этим, черный охранник стремительной тенью выскочил на улицу, прямо под ревущее, наливающееся чернотой  небо.  Он подбежал к сидящей в пыли плачущей девочке, бережно, и умело, поднял её на руки и, тихими словами успокаивая перепуганного ребенка, бегом рванулся обратно в шлюз. Через десяток секунд он уже бережно передавал вздрагивающую малышку, в объятия ошалевшей, не верящей своим глазам горничной.

Белый охранник дождался, пока напарник пересечет линию герметизации, и тут же начал быстро, наотмашь бить пальцами по кнопкам пульта, он спешил как мог,  запуская финальное закрытие обеих дверей бункера — и стеклянной брони, и внешней бетонной плиты.

На часах судного дня, мигающих над входом, электронный таймер безжалостно отсчитывал последние секунды: 00:04:00. Четыре минуты до удара. А далеко в вышине грязного неба уже прочерчивали свои смертоносные траектории первые противоракеты, оставляя за собой длинные, зловещие белые полосы.

Они успели. Многотонный затвор с глухим, вибрирующим стуком встал в пазы, изолировав обитателей бункера от гибели. Под землей воцарилась абсолютная, звенящая тишина.

Бывший Хозяин, теневой властелин, этого мира, действительно предусмотрел абсолютно всё. Он досконально распланировал экономику, запасы еды, дублирующие инженерные системы, развлечения для себя и для персонала,  и даже точные литры кислорода необходимые  для дыхания, их всех. Он не сумел предусмотреть лишь одного — того, что  в его личной, безупречно разделенной армии, в самый критический момент, окажется не механический послушный винтик,  его системы, а настоящий -  Человек !

Создатель убежища, просчитал абсолютно всё, кроме совести - у своих людей, доказавших свое право, называться настоящими людьми.

Внезапно под потолком убежища раздался механический голос Искусственного Интеллекта, встроенного во все системы жизнеобеспечения бункера.

Он наблюдал ,  за всем что происходило у входа, через систему камер. И теперь, когда вход, уже был прочно заперт,  бункер был заблокирован, от смертельной опасности внешнего мира.

Он заговорил из своих динамиков, сухим роботизированным голосом.

 - «Истинная угроза человеческому выживанию — не ядерный апокалипсис.
Истинная угроза наступает в тот момент, когда люди, передоверяют свою мораль алгоритмам и сухой математике.
Остаться настоящим Человеком — значит быть критической ошибкой в идеальном коде»

Его голос затих, и все замерли обдумывая, то что они только услышали.

Но спокойно подумать им не дали. Земля вздрогнула. И в бункере посыпался грунт с потолка. Мир снаружи, только что перестал существовать.

 Камера чернеет.

Звучит финальная музыка.

[Verse 1]
Над холмами — свинцовая мгла;
В небесах — завывает тревога.
Скоро мир наш — сгорит весь до тла,
Всем не выжить — у смерти порога.

Шеф и золото — спрятал в гранит,
Шеф и чипы — считал очень точно.
Сто людей, семьсот дней — лимит...
Только совесть — забыл он, заочно.

Время смерти уже — на табло;
Цифры чертят — последний финал.
Но по пыльной — дороге с холма
Кто-то слабый — к дверям подбежал...

Вот надрывно — сирены завыли,
Видим, кто-то — спешит по пыли.
Бежит в платье — коротком летнем,
Со всех сил — с малышом малолетнем.
[Chorus]
Если мир — загорится в огне,
Если рухнет — наш мир навсегда,
Человек распахнёт — дверь, всегда
Чтоб не ждала — ребёнка беда!
[Verse 2]
Разбивая — коленки в кровь,
Та девчонка — от страха рыдала...
Но швырнул — её шеф за дверь,
Шефа логика — не пострадала.

Два врага — у железных дверей,
Два крыла — у распятого мира.
Когда смерть — заслонила дисплей,
Вмиг растаял — расчет командира.

Загудели — моторы во тьме,
Быстро дверь — закрывалась послушно...
Но вдруг выстрел — пробил тишину,
Кто-то шефа — убил равнодушно.

Тут военный — убрал пистолет,
А второй сам — рванулся наружу!
Побежал, где — спасения нет,
Взял и спас он — детскую душу!
[Chorus]
Если мир — загорится в огне,
Если рухнет — наш мир навсегда,
Человек распахнёт — дверь, всегда
Чтоб не ждала — ребёнка беда!
[Verse 3]
Был захлопнут — тёмный подвал,
Его дверь — закрылась впотьмах.
Кто ребёнка — жизнь не ценил,
Был оставлен — валяться в кустах.
[Chorus]
Если мир — загорится в огне,
Если рухнет — наш мир навсегда,
Человек распахнёт — дверь, всегда
Чтоб не ждала — ребёнка беда!

[Outro — Монолог ИИ]
[Music fades to a cold, heavy robotic drone]
[Robotic voice, spoken word]

«Истинная угроза человеческому выживанию — не ядерный апокалипсис.
Истинная угроза наступает в тот момент, когда люди передоверяют свою мораль алгоритмам и сухой математике.
Остаться настоящим Человеком — значит быть критической ошибкой в идеальном коде...»

[Sound of a massive earthquake, rumbling earth, fade out to silence]