Наказ

Состоящий пока что из плоти,
и не чуждый занятных идей,
я, как пуля, теперь на излёте
сил, надежд, устремлений, страстей.

Понемногу сбираться пора
в путь, лежащий за гранью пролога,
в беспредельный, бестрепетный край,
одному только ведомый Богу…

Когда дни завершатся мои,
песнопений унылых не надо.
Пусть меня отпоют соловьи –
поселенцы церковного сада.

Пусть поклонятся мне на ветру
старики – тополя и берёзы,               
и всплакнут, прилетев поутру,               
молодые весенние грозы.

Им вослед вразнобой вороньё
на прощанье закаркает важно,
напророчив, что будет житьё
в мире горнем не очень-то страшным.

Там исчезнут страданье и ложь…
И, когда пред судом я не струшу,
просветлённую вечную душу
навсегда убаюкает дождь.

Жизнь сумел я неплохо прожить.
И по случаю этой кончины
ни к чему неуёмно грустить,
нет причины для долгой кручины.

Оставляю потомкам наказ
незатейливый: если захочет,
в одиночестве кто-то из вас
да помянет меня, ближе к ночи,
в неумелых молитвах своих
сердцем сказанным, искренним словом.

И припомнится вам этот стих…
И меж снов мы увидимся снова.

*   * *