Старый тополь

        Друзья надо мной иногда подшучивают, деликатно намекая, что я дама со странностями. Я и сама это понимаю. Началось это давно, когда, ещё работая в таможне, «методом научного тыка» стала осваивать компьютер. Поскольку курсов никаких я не проходила, то наблюдая за работой оператора ЭВМ, без конца задавала  вопросы, когда картинка на мониторе менялась:
– А теперь ты на какую клавишу нажала?
       Когда сама села за компьютер, то без коллизий не обошлось. Не хотел он мне подчиняться и зависал без конца. Тогда мне чаще других помогал коллега-айтишник Володя. Видя, что я злюсь, что техника меня не слушается, он каждый раз мне говорил:
       – Не надо сердиться, с компьютером надо разговаривать ласково, как с ребёнком, и уговаривать его, если капризничает:
         – Мой хороший, не сердись, помоги мне! Ты мой родненький, ты мой умненький!
            Сначала я смеялась в ответ. Но сколько раз так бывало, что мой «висящий комп» моментально включался, когда к нему подходил Володя. Просто подходил, не касаясь его. И компьютер начинал работать. Это была фантастика! Но метод работал, и я его взяла на вооружение. Теперь дома я свой личный компьютер тоже уговариваю, и со стиральной машиной разговариваю, благодарю за работу:
         – Ты моя умница, ты моя красавица, так всё чистенько постирала.
Или откликаюсь, когда она подаёт сигнал, что стирка закончена:
         – Да иду уже, подожди чуть-чуть!
           И техника начала отвечать мне дружеским уважением.
           Позднее я увлеклась эзотерикой. Её адепты утверждают, что весь окружающий мир – живой, имеет свою волшебную энергетику, которую надо чувствовать и умело ей пользоваться для поддержания здоровья. Ничего сверх естественного здесь нет. Все люди знают, что на природе мы отдыхаем более полно, возвращаемся из леса или с рыбалки отдохнувшими, напитавшись энергией воды, солнца, воздуха и растений.
          С тех самых пор я стала обращать внимание на разные деревья вокруг меня. Вот тогда-то я заметила, что возле детского сада, расположенного в центре моего двора, ограниченного шестью домами в виде большого правильного прямоугольника, появилась из-под забора новая тополиная поросль.
           Я тогда удивилась, потому что тополя в детском саду не росли и рядом их тоже не было. Оказалось, что они росли довольно далеко от забора и от них остались только пеньки. Тополя давно срубили из-за пуха, который причинял жителям большое неудобство во время цветения этих деревьев. И вдруг корни от пней доползли под землёй до дорожки, по которой я много лет ходила на работу, там через небольшое время появился красивый раскидистый тополь. Он быстро вырос, стал огромным могучим деревом выше пятиэтажного дома. Его крона давала тень почти на всю длину пятиэтажки и детскому садику, который в перестройку перестал существовать. Видимо, бесхозность за-брошенного здания и сохранила жизнь этому красавцу, у которого ствол стал в два моих обхвата, а листья по размеру были как две мужские ладони.
          С этого времени у меня с тополем завязалась дружба. Каждый раз, проходя мимо него, я мысленно здоровалась:
           – Привет! Как дела?
           А тополь будто бы отвечал мне:
          – Привет! Всё нормально. Расту вширь.
          Он и правда заматерел с годами, ствол внизу стал кряжистый и корявый. Я оглядывалась и, если видела, что никого из жильцов двора поблизости нет, подходила к нему, гладила ствол и рассказывала ему, какой он сильный и красивый. Просила поделиться со мной своей энергией. И тополь отвечал мне своим теплом, когда я прижималась к нему всем телом. Если же видела людей, то ограничивалась тем, что прикасалась рукой к стволу и мысленно произносила:
        – До вечера. Сегодня задержусь, обратно поздно пойду. Не теряй.
         Тополь шелестел листвой и махал мне в ответ могучими ветка-ми. Я нормальный человек, и понимаю, что это ветер клонил дерево в мою сторону. Но мне почему-то очень хотелось думать, что тополь говорит «до свидания» именно мне.
        Эта дружба длилась много-много лет. Когда я уезжала в командировку или заграницу, я обязательно обнималась с ним и говорила:
         – До свидания! До скорой встречи! Пожелай мне лёгкой дороги!
        И возвращаясь, обязательно приходила к нему поздороваться и поблагодарить за успешную поездку. Этот тополь был и остаётся для меня олицетворением силы и мощи Природы, которую я боготворю доныне.
          Но возникли обстоятельства непреодолимой силы. Здание за-брошенного детского сада отремонтировали, обнесли двухметровым металлическим забором, разместили в нём детский приёмник для детей, родители которых лишены родительских прав.
           Детям трудно объяснить, почему их поместили в изолятор, лишив возможности общаться с родителями. Некоторые из них, вдруг очнувшись от пьянки, воспылали любовью к родным чадам. А чада постарше мгновенно сообразили, как можно сбежать из этого, тюремного, по сути, заведения. Конечно же они перелезали через забор, цепляясь за ствол и ветки тополя, и были таковы.
           Эти подробности я узнала позднее. Но в финале этой истории есть нечто мистическое… В тот раз, ничего не зная о планах в отношении моего друга, я в очередной раз поехала в далёкое путешествие.  Подошла, везя чемодан на колесах, к тополю, обняла его, но вместо «до свидания», у меня вырвалось:
          – Прощай!
        Я страшно испугалась этого внезапного и нечаянного слова, ведь незадолго до поездки у меня появилось плохое предчувствие. Я вдруг стала волноваться, что тополь сочтут старым и опасным для людей. Хотя он был просто исполином.
         Когда я вернулась из санатория, на месте моего друга остался огромный пень, диаметром в один метр… Чистая, мощная древесина говорила о том, что тополь был здоров и мог ещё много лет укрывать своей тенью живущих рядом людей. Можно было срезать только низко висящие ветки со стороны детского приёмника, чтобы дети не могли до них дотянуться, и оставить живым прекрасное дерево.
          То, что я пережила в тот день, отдаётся болью в моём сердце и сегодня, спустя более двадцати лет. И сегодня, проходя неподалеку от здания детского приемника, я с тоской смотрю на то место, где раньше рос мой «старый тополь».
        Много раз потом я думала, что люди похожи на деревья. С возрастом, благодаря своим знаниям и жизненному опыту, мы становимся кряжистыми, мощными изнутри несмотря на появившуюся седину и морщины. Главное, чтобы рядом с ветеранами было понимающее молодое поколение, которое не будет торопиться преждевременно списывать со счетов «молодых стариков». Ведь наступит когда-то время, когда молодые сами станут ветеранами, а вот с каким багажом каждый из них придёт к этому возрасту, зависит от уважения к старшим.

04.10.2026