Моя женщина 14 Глаза - незатухающий солярис

Эхо на стихотворение Светланы Саксоновой «ПОГОВОРИЛИ»


http://stihi.ru/2026/10/02/1512

ЗНАКОМЫЙ ВЗМАХ РЕСНИЦ
НЕЗАБЫВАЕМЫЙ С ГОДАМИ АБРИС
ГЛАЗА — НЕЗАТУХАЮЩИЙ СОЛЯРИС
И ХРУПКОСТЬ ЗАЦЕЛОВАННЫХ КЛЮЧИЦ.

И мысли разлетелись, щебеча.
Пройти, как будто не заметить —
Ведь мог сегодня и не встретить
Знакомый разворот плеча.

Но взглядом зацепился за…
За всё, ведь я любил тебя не
По отдельности, а вместе.
Любил?
Я этого не говорил!
Люблю?
Порой себя я не терплю.
Что? Как дела? Дела на месте.
Как, хороши? Да, как сосиска в тесте.
Что я болтаю, краснозадый гамадрил!

Живу один. Жениться? Нет, не собираюсь.
Работа? Да, за троих стараюсь.
Что деньги? Дело не в деньгах,
А в одиноких вечерах.
А что с ночами? С ними всё хоккей.
Стригу баранов, словно брадобрей.
Снотворное? Не употребляю.
Коньяк? Бывает, мал-мала.
Но, к сожалению, я меру знаю.
Мы всё про меня, рассказывай
И про свои дела.

Мои дела? Да, в общем, всё терпимо:
Работа, дом, немного суеты.
Я научилась быть необходимой
Себе самой. А ты, а ты? А ты?

Да я же доложил почти по форме:
Один, здоров, местами даже бодр.
А помнишь, ты всегда шутил в миноре?
Я? Да. Но это всё-таки мажор.

А кто-нибудь?..
Никто не поселился.
Верней, селился — но не задержался.
Я, видимо, с годами разленился
И от людей, как кот, под шкаф забрался.

А я сходила замуж.
Вот те раз...
Недолго. Не трагедия, бывает.
Он был хороший. Просто не про нас.
Да, «не про нас» — «оно» не забывает.

«Оно» про физику любви,
«Оно» про музыку переживаний.
«Оно» про химию земли,
Где геометрия очертит круг страданий.

Осенний ветер забирался под сукно,
Он холодил сердца и души.
В одночасье
Вдруг вспомнилось былое счастье.
А было ли оно?

Да, было, было! Не соврешь себе,
А если и соврешь, то не поверишь.
Оно искрилось в золотом вине,
Оно гуляло с нами в зимнем сквере.

С рассветом счастье с нами просыпалось,
И ночью было рядом на подушке.
Нет, никогда оно не ошибалось
И не было оно в чужой ловушке.

Парило счастье, как на дельтаплане,
Рассматривая наше непотребство,
Когда мы, словно ёжики в тумане,
Впадали в затянувшееся детство.

Вчера, сегодня, завтра, послезавтра,
В текущем веке, в каменном, в безвечье,
В шатрах Чингиза и кенотах Александра,
В пустыне, джунглях, в раннем Междуречье.

Блистало счастье — вот торкнуло меня,
Артист из погорелого театра!
За впечатлительность себя кляня,
Прощаться стали: ну, пока, до завтра.

До завтра? Наше счастье шанс даёт.
Я всматривался в черточки родные:
В твоих глазах — мечтательный полёт,
И расставанье наше, как впервые.