От жажды треснувшие губы

"Аджимушкай"


От жажды треснувшие губы.
Глаза привыкли к темноте.
Завалов, каменные груды,
Передвиженье в тесноте.

Над головою тонны камня,
И стены — каменный мешок.
И взрыв за взрывом регулярно,
И газа, сладкий запашок.

Нас было много поначалу,
Мы вглубь ушли, но не сдались.
Каменоломня нас встречала
ХодАми влево, вправо, вниз.

И были и женщины, и дети,
Что помогали, чем могли.
Они к колодцам на рассвете
За чистой влагою пошли.

Они все там лежать остались,
«Уснув» под солнцем будто ночью.
И кровь с водой перемешались,
И пули рвали ведра в клочья.

Вода. Она для всех была нужна.
Мы кровью за неё платили,
Вопрос не ставя — Или-или,
Когда чужая жизнь важна.

И чтоб добыть воды глоток,
Мы губы в кровь свои стирали,
И капли влаги собирали,
Со стен для раненых в лоток.

Мы не смогли их всех сберечь,
Они остались там навеки.
В последний раз, смыкая вЕки,
В огне едва горящих свеч.

Нам подрывали сверху гроты,
И запускали внутрь газы.
Там, в темноте, остались роты,
Навечно ждущие приказа.

Имён их всех не перечесть.
Они — вся боль Аджимушкая.
Им слава вечная и честь,
По всей большой стране до края.