В посвящении Дж. Р. Р. Толкину

Пишу тебе из Мордора, из дома,
Где каждая пещера так знакома,
И где ущелья гулки и пусты.
Развалены последние мосты.

И глоток содрогает подземелья
Рев яростный. Увы, эрзац веселья
Теперь таков, мой друг… Обращено
Дно выси – и обратное верно.

По случаю сожжения поэта
Последнего (!), объявлено, что лето
Теперь всегда, что стужи нет – жерло
Вулкана обеспечит нам тепло.

Весьма похвальный, я скажу, настрой…
Пожалуюсь тебе – на самострой
Неуловимых и неистребимых гномов.
Паршивцы, что с лопатою и ломом,

Не уважая принятых границ,
Повсюду проникают. Этих… лиц
Не выловить, не выслать, напугать –
Подземная бесчисленная тать!

Примерно, как о нас идет молва,
Ловлю себя на мысли. Прочь слова!
Так, возвращаясь к важному, скажу:
Пустынными долинами брожу

Все чаще, друг мой. Это ремесло
Бесцельное роднее мне всего.
Ты пишешь, посылал новинки книг –
Не получал, увы. И пуст тайник.

Возможно, в нашу глушь еще проник
Какой-то любопытный озорник?
Над башней в вышине алеет зрак.
Подорожал овес, пропал табак.

Для счета приобрел себе абак,
Но отобрали: счет настрою враг
Бойцовскому. Откуда-то собак
Взялось бесчисленно… И накрывает мрак,

Но не снаружи – этот изнутри.
И нет ему заслона и двери…
Тем кланяюсь, желаю разных благ.
Да не коснется шеи нашей враг.