Гефсиманская свеча

(Куплет 1)
Донская степь, станица Усть-Медведицкая.
Отец — дворянин, прямая в землю нить.
Кадетский корпус. Выправка гвардейская.
Учили не казаться, а служить.

Николаевское. Шпор холодный звон.
Лейб-гвардии Атаманский эскадрон.
Где честь — не слово в пыльном уставе,
А просто способ быть и просто способ жить.

Он помнил запах конского пота
И как звенит над полем тишина.
Его ждала блестящая работа,
Но в дверь уже стучалась к ним война.

Флигель-адъютант у государя,
Полковник, не сгибающий колен.
Он знал: за верность платят часто кровью,
Но не просил у времени взамен.

(Припев)
Не надо бронзы. Не надо громких слов.
Снимите аксельбанты, господа.
Есть только долг, присяга и любовь,
Которую не смыть и не предать.

Когда летит империя во прах,
И рушится державная стена,
Останется не ненависть, а страх
Оставить знамя, не испив до дна.

(Куплет 2)
Девятнадцатый год. Донская степь горит.
Он принял Атаманский полк в седле.
Генерал-майор. Но он не говорит
О славе на расстрелянной земле.

Он просто вёл своих казаков в огонь,
Прикрыв собой последний русский стан.
А после — за чужой горизонт,
В холодный и чужой Константинополь стан.

Ни вилл, ни банков, ни богатых жён,
Ни сытой жизни в лондонском тепле.
Он был Россией. И в неё влюблён
На выжженной, чужой ему земле.

Иерусалим. Дрожит свечной огонь.
Палестинское общество в руках.
Он, генерал, садится на амвон,
С молитвой о потерянных полках.

(Бридж)
Удар. Инсульт. Отнявшаяся речь.
Но он не дал руке своей остыть.
В Гефсиманском монастыре — чтец.
Он учится по-новому служить.

Не с шашкой наголо, не на коне,
А в тихом хоре, с книгою в руках.
Он охранял монастыри во сне
И русских иноков в чужих песках.

Он пел на клиросе, срывая голос в хрип,
За тех, кто лёг в Галлиполи, в Крыму…
Последний русский атаман-старик,
Развеявший Гражданскую войну.

(Аутро)
Гефсиманский сад. Оливковая тень.
Здесь нет ни красных больше, ни белых.
Он просто пел. И наступивший день
Встречал в стихах простых, псалмов и белых.

Михаил Георгиевич. Чтец.
Остаток чести. Остаток веры.
Он свой не снял венчальный тот венец,
Приняв судьбу без страха и без меры.

Михаил Георгиевич Хрипунов — генерал;майор, командир Лейб;гвардии Атаманского полка, флигель;адъютант Николая II.
После эмиграции возглавил Зарубежное Православное палестинское общество и оберегал русские монастыри на Святой Земле.
В конце жизни служил чтецом в Гефсиманском монастыре, не оставляя дела даже после инсульта.