Чехарда, да с утра

Утро толкнёт, пыхнув дверью навстречу,
Выпустит светлость - ореол сонных глаз,
Колокол звоном пробьёт в гул заплечный,
Важно вещает про данность в анфас.

Уши опухли, будь ночью страдали,
И веко дрожит, память взяв алкаша.
Нет, не пойму, как вагоны толкали
Помню, но был ли стекла пересказ?

Сползши с кровати, дорвусь до экрана,
Он ведь мне друг? И ответит тотчас!
Было... Бродил... Вот следы наркомана!
Только ли это волнует всех нас?

Мухой, жужжащей вопьётся мобильник...
Что там случилось? Зачем в шум вникать?
Да! Скоро буду! Ручки рву кипятильник,
Словно гранату бросаю в кровать.

Вот и бессовестность водной купели,
Мокрой рукой протирает лицо,
У Зазеркалья вид мятой постели,
Но лихорадочность бьёт подлецом,

Шварк по зубам озверевшей щетиной,
Цвирк! Бородой упивается нож,
Да!.... Вид не лучший – скотина скотиной,
Но не поспоришь... Идёшь, так идёшь!

Рань закарнизная выглянет волком,
Туфли вожмутся, расшаркавшись, в чернь,
Тянет, как жерло вулкана, за руку
Голод толпы, подрядив в глум таверн,

Смело сливаюсь с галдящей похлёбкой,
Будто на противень сяду в авто,
Так поедает городской монстр стопкой…
Люди на блюде… Как? Ему всё равно.