По разные стороны ветра. Часть II, Глава VII

Письма

Не всякий голос долетает
Сквозь вёрсты, вьюги и года,
Но слово, сердцем согретое,
Порой бессмертно, как мечта.

Оно не знает расстояний,
Не просит крыльев у ветров,
Оно проходит испытанья
Сквозь тишину чужих миров.

На севере уже неделю
Метель кружилась у окон,
И день едва заметной тенью
От ночи светом был отделён.

Он возвращался поздно к дому,
Снег заметал его следы.
Казалось, сам мороз суровый
Хранил молчание зимы.

Войдя, он снял тяжёлый полушубок,
Подбросил дров в усталый жар
И долго, не решаясь будто,
Глядел на чистый белый лист.

Сколь странно. Сотни слов знакомы,
Но стоит сердцу заговорить -
И все они внезапно словно
Не могут чувства объяснить.

Он взял перо. Чернила тихо
Легли на первую строку:

«Ты далеко. Но, как ни тихо
Проходит день мой на веку,
Всё, что встречаю я глазами,
Невольно хочется делить

С тобою - мыслями, словами,
Всем тем, чем можно дорожить.
Здесь лес шумит совсем иначе,
И снег поёт в ночной тиши.

Но даже север стал бы ярче,
Когда бы ты была вблизи.
Не беспокойся: я здоров.
Работа учит быть сильней.

Но есть один закон без слов -
Я вспоминаю каждый день
Тот сад, где вечер был безмолвен,
Где клён качался над рекой,

И где впервые понял сердцем,
Что значит встретиться с судьбой.

Не позволяй разлуке сделать
Нас незнакомыми вновь».

На юге письмо пришло не сразу.
Она раскрыла конверт поздним вечером,
когда за окном шёл тёплый дождь.

Она читала медленно,
возвращаясь к некоторым строкам,
словно хотела задержать их рядом.

Потом взяла чистый лист.

«У нас цветут сады так пышно,
Что воздух кажется вином.
Но знаешь, что всего дороже?
Не солнце южной стороны,

А мысль, что где-то в день похожий
На это небо смотришь ты.
Мне часто кажется под вечер:
Ещё немного - и войдёшь.

И я услышу шаг навстречу...
Но открываю дверь - лишь дождь.
Я не грущу сильней, чем нужно.
Не стану жаловаться, нет.

Ведь если чувство наше - дружба,
Она пройдёт сквозь толщу лет.
А если это много больше,
Чем мы осмелились назвать,

Тогда ни север и ни юг
Не смогут нас разъединять.

Береги себя. Я жду».

Так началась их переписка.
Не каждый день. Не каждый час.
Но каждое письмо, как искра,
Согревало в холод нас.

В конвертах не было признаний,
Какими грезит юный свет,
Но было главное - дыханье
Любви, которой громче нет.

Она взрослела понемногу,
Училась ждать, терпеть, молчать
И даже дальнюю дорогу
Не смела больше проклинать.

Есть чувства, что подобны рекам.
Они шумят лишь по весне,
Но есть и те, что человеку
Даны в глубокой тишине.

Их не заметишь сразу взглядом,
Они не требуют венца,
Они становятся наградой
Для испытуемых сердец.

Так письма, тонкие, простые,
Без громких клятв и пышных фраз,
Невидимыми стали нитями,
Что всё сильнее связывали их.

И каждый новый лист бумаги,
Пройдя сквозь тысячи дорог,
Свидетельствовал без присяги:
Любовь жива. Ей не положен срок.