Сказка о рыбаке и золотой рыбке

Сказка о рыбаке и золотой рыбке

Жили-были старик со старухой
У бескрайнего синего моря.
Захудалой была их житуха –
То беда в дом нагрянет, то горе.

То сгниёт урожай в огороде,
Или дом захлестнёт вдруг волною,
То из барского кто-нибудь роду
Не даёт ни житья, ни покою.

А старик, тот совсем бедолага –
Ни здоровья уже и ни стати.
То хвороба подкосит беднягу,
То икота подступит некстати…

Да ещё со старухой мытарство,
Мозг и нервы вконец истрепала –
То гоняет его по хозяйству,
То еды ей, то денег ей мало.

Но старик, слава богу, тихоня.
Он кряхтел и вздыхал, да и только –
Всё равно от её-то трезвона
Никому ни корысти, ни толку.

Хоть и внешне старик был спокоен,
На душе всё же кошки скреблися –
«Отчего обделён я судьбою?
Отчего горемычная жистя?»

Но мольбами не станешь ведь сытым,
Вот и шастал старик на рыбалку.
Поналовит мальков с полкорыта,
Их не то что бы есть – видеть жалко.

Старика, знай, старуха бранила…

- Это рыба, что ль, в самом-то деле?..
С этих кушаний шаг до могилы,
А я, дура, пожить вот хотела!
Посмотрите на изверга, люди –
Всё житьё, окаянный, мне портит…
Сам, чихнёт если – замертво рухнет.
И меня до измора доводит.

Как-то раз бабку вовсе заело,
Словно мухи её укусили…

- Что, старик, вот лежишь ты без дела?
Что ты маешься? В бок тебе вилы!
Аль не видишь, что в доме ни крохи?
Раздобудь нам к обеду хоть что-то…
Разомни-ка немножечко ноги –
Порыбачь иль сходи на охоту!

Делать нечего, к морю поплёлся,
И свой невод подальше закинул...
Потащил... Глядь – на всё воля Божья! – 
Зацепил карася он за спину.

Да как вытащил рыбу на берег,
Тут и встал столбняком, еле дышит.
И глазам-то своим он не верит,
Видно, шутит над ним кто-то свыше.

На башке этой рыбы корона,
И чешуйки блестят позолотой.

За глаза дед схватился со стоном,
Из груди пробивает икота.

- Что за нечисть?.. – Бубнит, – Что за чудо?..
Век прожил, не встречал я такого!
Да ведь это же царское блюдо!
Вот так нынче везёт!.. Вот так клёво!
Будет рада старуха, наверно!
Притащу свой улов к ней до хаты...

- Отпусти... Я морская царевна...
В благодарность ты станешь богатым...

Тут старик обалдел на минутку,
Сплюнул трижды с испугу в сторонку…

- Это что за дурацкая шутка?..
Может, местный балует мальчонка?

Огляделся вокруг...

- Видно, ветер!..
Чтоб тебя унесло, супостата!

- Отпусти... Я морская царевна...
В благодарность ты станешь богатым...

Старика словно стукнуло в темя,
Пот с него покатился ручьями...

- Да неужто какая-то ведьма
Навела на меня злые чары?
Может, с кем сговорилась старуха,
Чтоб меня напугали до смерти?
Даже сразу во рту стало сухо,
Как у рыбы, попавшейся в сети.
Вон как дышит она с затрудненьем…
А как смотрит, бедняга, со страхом...

- Отпусти... Я морская царевна...
В благодарность ты станешь богатым...

Тут старик подскочил, словно с клизмы.

- Ничего себе!.. Господи-боже!..
Век прожил, но не ведал я в жизни,
Что и рыбы болтать могут тоже…
Нет, не верю, скажи-ка ещё раз,
Померещилось, чай, не иначе!

- Да то ж мой это, мой это голос!
Задыхаюсь!.. Я сдохну щас, старче!..
Отпусти!.. Я морская царевна!..
Окажу и тебе я подмогу...

- Удивлён я, конечно, безмерно...
Ну, да ладно, плыви, рыбка, с богом!
От тебя ничего мне не надо –
Я ведь старый, помру, может, вскоре...

- Если что, приходи!.. Буду рада!

И ушла рыбка в синее море...
 
Воротился старик ко старухе,
Воротился с пустыми руками.
Та и так-то была вся не в духе,
Тут и вовсе орёт матерками.

- Ты совсем, видно, глупый, как дятел!
Из ума, что ли, выжил под старость?
Рыбу зря отпустил без уплаты,
Взял бы денег хоть самую малость!
Воротись, поклонись этой рыбе,
И скажи, что старуха, мол, хочет
Дом с крылечком вон там, на отшибе,
Да и золота, много чтоб очень,
И чтоб в доме имелась прислуга,
Рядом в поле бродило бы стадо,
Чтоб была я известной в округе,
Чтоб помещицей, в общем, я стала!..

Подивился старик бабьей прыти,
Но смолчал, от скандала подальше.
Хоть хотелось ей треснуть по «тыкве»,
Но пошёл, ничего не сказавши...

Море было слегка неспокойным,
Возмущённым немножко казалось.
Возле берега пенились волны,
И вода замутилася малость.

Крикнул рыбку старик что есть мочи…
Не успел он моргнуть даже глазом,
Как явилась она –
«Что ты хочешь?..
Говори, я всё сделаю сразу!»

- Да старуха рехнулась!.. Желает,
Чтоб ты домик дала ей с крылечком,
Чтоб скотина была кой-какая,
Да и золота много за печкой…
Чтоб прислуга была в этом доме,
У самой-то силёнок уж мало,
Чтоб она всем была бы знакома,
Чтоб в округе помещицей стала.

- Не кручинься, старик, пусть старуха
Всё получит – и домик, и стадо...
А тебе ни пера и ни пуха!
Приходи, если что!.. Буду рада!

Воротился старик... Вот так дело!
Ни корыта, ни хаты, ни бабки…
Перед ним растелилась деревня,
А вокруг – и скотина, и грядки.

Все крестьяне на поле мытарят –
Где покос, где посев, где прополка…
Урожай собирают и в тару,
И везут продавать с барахолки.

Поглядел, почесал дед затылок...

- Ты смотри-ка, и впрямь перестройка!
От волненья теряю я силы,
Поваляться сейчас бы на койке!

Без труда дед нашёл бабкин домик,
Выделявшийся статью и мастью.
Он войти было вздумал в хоромы,
Слышит голос…

- Явился?.. Ну, здрасьте!..
Подойди-ка сюда вот, к окошку –
Неча пачкать крылечко резное!
Для гостей там богатых дорожка!
Ты ж на берег ступай, дурень, снова
И скажи благодетельной рыбке
Что теперь я хочу быть дворянкой!
Чтобы герб мой висел на калитке,
И карета была, и счет в банке!
Чтоб охрана воров отгоняла,
А палач их казнил до рассвета!
Чтоб царица меня принимала
И просила взаймы иль совета!

Тьфу ты, чёрт!.. Потащился он к морю...
По дороге судьбу сквернословя.
А на море такой шум прибоя,
Что не слышно ни звука, ни слова.

Крикнул рыбку старик что есть силы,
Захлестнуло волной крик натужный…
Но к нему рыбка сразу подплыла –
«Здравствуй, старче!.. Опять что-то нужно?»

- Белены, что ль, объелась старуха!
Пуще прежнего сердится баба!
До того ведь мозгами опухла,
Что дворянкой ей срочно стать надо!
Чтобы герб был у ней самоличный,
Чтоб карета её развозила,
И был счёт в казначействе столичном,
А охрана воришек ловила,
И сама, чтоб, царица на ужин
Каждый день приглашала старуху…

- Будет сделано, старче, не хуже…
А тебе ни пера и ни пуха!

Воротился он... Ёшки-матрёшки!
Ни деревни, ни поля, ни стада...
Здесь раскинул дома и дорожки
Город каменный, с рвом и оградой.

Старика захлестнуло восторгом,
Он и в мыслях не видел такое,
Даже вдруг передёрнулся боком,
И глаза увеличились втрое.

Видит он палача на ограде,
А за ним черепов вереницу.
У ворот видит стражу в засаде,
За воротами бабку с царицей.

Те в карете катаются обе,
О делах государственных спорят –
То ли врезать кому-то по морде,
То ли бросить кого-нибудь в море.

Тут увидела бабка вдруг деда,
Из кареты аж выпала с матом…

- От тебя, старый пень, только беды!
Чтоб ты в ад провалился, проклятый!
Воротись, поклонись рыбке снова
И скажи ей – хочу быть царицей,
Что хочу править всею страною,
И сидеть чтоб на троне в столице!
Чтобы все мировые державы
Предо мной преклонили колено,
Обо мне чтоб гремела бы слава,
От Москвы и до края Вселенной!

Онемел тут старик с этой речи,
В животе что-то вдруг заурчало,
Для приличья икнул... Делать неча!
И побрёл он обратно к причалу...

А на море-то волны горою,
Бьют о берег они что есть мочи,
Гром и молния, дождь, ветер воет,
Не видать здесь ни зги, словно ночью.

Против ветра старик во всё горло
Крикнул, как только мог, чуть не плача…
Тут увидел он рыбку сквозь волны.

- Что на этот раз надобно, старче?

- Да совсем уж старуха достала,
Гневом пышет, рычит, как тигрица –
Ей дворянкой быть, вроде как, мало,
Стать желает российской царицей,
Чтоб народу маячить с плакатов,
Чтоб светилось лицо на монетах,
И чтоб все, от царей до пиратов,   
Посылали ей дань и приветы.

- Ты ступай-ка, старик, ко старухе –
Будет сделано всё, как обычно…
А тебе ни пера и ни пуха!
Приходи, если что... Только лично!

Воротился старик… Пучит щёки –
Это что за диковинный случай!
Вот дворец, так дворец – столь высокий,
Что уходит под самые тучи.

Он свой рот расшиперил беззубый...
К старику стража строго шагнула
И к подметкам царицы-старухи
В три погибели грубо согнула.

Перед троном цари и бандиты,
Все в таком же стоят положенье,
Их обходит казённая свита –
Собирает с них дань уваженья.

Казначеи сидят за конторкой,
Бабкин образ кладут на монеты,
И поэт из столицы заморский
Про неё сочиняет сонеты.

А старуха совсем возгордилась,
Вся сверкает в богатых обновах…
Ей старик, как меж рёбрами шило –
Ну, не может без бранного слова.

- Вот зачем ты доводишь до стресса?
Где ты шляешься, пень непутёвый?
И родился, и сдохнешь балбесом!
Как бы дать по затылку подковой!
В общем, хватит кидаться словами –
Воротись-ка ты к морю, тупица,
И скажи Рыбке, чтобы с вещами
Приплыла в услуженье к царице!

Стражник вышвырнул деда за двери
И вдогонку ему двинул шпорой...
Приземлился старик на колени,
Так и полз он до самого моря.

А на море сам шторм сломит ногу –
Ходит дно ходуном, воет ветер!
Звёзды в море летят, волны к Богу!
В общем, жизни конец и край света!

Понапрасну кричал он сквозь слёзы,
Крик его пропадал без вниманья…
Понапрасну по берегу ползал…
Наконец, потерял дед сознанье.

Успокоилось море нескоро…
Потихоньку развеялись тучи.
Завершиться и сказке бы в пору,
Старика чтобы больше не мучать.

Воротился старик ко старухе –
И корыто, и хата на месте...
И старуха бормочет на кухне...
Он вздохнул...

- Сказка – ложь! Жизнь чудесней!



Лето 2001, Александр Апарцев
Доработана 01.10.2026