Ответ

Мы больше не в доме. Мы — в вымершем поле.
Где воздух, как скальпель, — по коже, по воле.
Ты вышла без крика, без права на “позже”,
И сердце, как зверь, упирается в кожу.
Я помню: в ладонях у нас было лето,
Теперь — только пепел, и это — примета.
Не смерть — но пустыня, не гроб — но разлом,
Когда человек где-то там, за углом,
А дом мой — не стены, не ключ, не фасады,
Где были твои отпечатки и взгляды.
Теперь это холод, провал, анатомия,
Где тикает страх, как чужая агония.
Мне тело орёт, что ты мне не приснилась —
Сжимаются пальцы, и кровь затаилась.
То адреналин, то озноб, то стекло,
Как будто из жил слили шлангом тепло.
Я слышу: внутри не дыхание — эхо,
Не голос, а щебень и галька от смеха.
И снова, и снова, как пульс у виска:
Ты рядом не будешь. Ты — дальше песка.
Я злюсь на пустоты, на стены без выхода,
На то, как беспомощно сердце без выдоха.
Взахлёб водой дышит и ищет твой взгляд,
Как ищет костёр обескровленный сад.
Ты не умерла — это хуже, поверь мне:
Без траура легче, страшнее - потеря.
Есть дата разрыва, есть имя в окне,
И нет ни “вернёшься”, ни "сдайся-ка мне".
Теперь я ношу этот холод как форму,
Как шрам, как бессонницу, как свою норму.
И в каждом касаньи — телесный укор,
Как будто предательством стал разговор.
Мы больше не в доме. Мы — в вымершем поле.
Где сердце стучит не о счастье, а более
О том, что ушла ты без права на “вновь”,
И в жилах комком застревает любовь.
Я знаю: ни просьбой, ни плачем, ни клятвой
Не выманить тень из обветренной правды.
Ты — в тех, кто не рядом. Ты — в том, чего нет.
И это не смерть. Это твой мне ответ.