лист а

Октябрь отслаивал графит
На белый пух листа,
Чешуек черных алфавит
Нашёл свои слова.

А на бульварных падежах,
В оксиде небных вод,
Зонтами мокрыми шурша,
Пытался жить народ

Поместный, жахнутый насквозь
Историей о том,
Как трещиной пойти и врозь
Делить свой древний дом,

Теряя в пламени детей,
Вдовея на глазах,
Съезжая крышей от смертей,
Здесь побеждавших страх.

Когда подвальных плит бетон
Оказывался пшик,
Ловя параболы поклон
Под жуткий женский крик,

Который я, сойдя с мозгов,
Из раковин ушных
Рвал, но он, алый, был таков,
Что до сих пор не стих.

А стих чешуек черных слой
Из грифеля добыв,
Оставил почерк рваный свой,
Пролившийся под дых

Всем апликациям побед
Всем репликам речей,
Танах, Евангелия завет,
Что стёрли до корней...

Но свет сочился сквозь озноб
Завесы серой над
Руиной, чей дырявый лоб
Смотрел в сожженный сад.

В котором чудом явным прут,
Наперекор всему,
Всё верил в то, что не умрут
 Мечты. И звал весну.

13:39 1:10:26 БХМ
Югославия. Синдром.