Дело Жизнь

Соберу улики из собственных неудач,
Проведу допрос памяти — кем я была в том году?
Я — главный свидетель, адвокат и палач,
Я сама в этом тексте и жертву, и след найду.

Переберу по датам каждый неверный шаг,
Сотру алиби, что сама себе сочинила.
Мой главный вещдок — это скомканный флаг,
Который в бою я тогда уронила.

Направлю роман как отчёт по важнейшим делам:
Мотивом была лишь попытка продолжить путь.
Выбрасывать буду весь скрытый за дверью хлам,
Чтоб в новое завтра без страха теперь шагнуть!
Улика — в словах, отпечаток души — на листе:
И голос звучит в оглушительной пустоте!

В том деле о счастье — сплошные пробелы и рваный курсив,
Свидетели лгали, спасая остатки тепла.
Я сама изменила спасительный тот нарратив,
И подпись под ним, задыхаясь, стереть смогла.

Я склею по строчкам сожжённые в пепел мосты,
Приложу к протоколу остывший, не пойманный крик.
В архиве судьбы не хватало моей немоты —
И я её вшила печатью в ночной дневник.

Довольно. Стоп. Я сжигаю тома.
В них нет состава и капли вины.
Я просто сходила по прошлому с ума,
Пока не дождалась этой новой весны.

Снимите слепки с уставших ключиц,
Я больше не прячу от правды лица.
И суд отменяется. Хватит страниц.
Снимаю кольцо... Это точка конца.

Направлю роман как отчёт по важнейшим делам:
Мотивом была лишь попытка продолжить путь.
Выбрасывать буду весь скрытый за дверью хлам,
Чтоб в новое завтра без страха теперь шагнуть!
Улика — в словах, отпечаток души — на листе:
И голос звучит в оглушительной пустоте!