Ладья Елены

Лене

Бог раздаёт души, как хлеб, — достойным:
Саре — Исаака, Марии — Христа.
А вместе с душой — солнце, море и паруса,
чтобы ладья её несла к заблудшим, к больным, к одиноким.

Душа моей милой была дарована Наиле — и стала Еленой.

Мы пили лавандовый чай на палубе, ветер играл в парусах, кружил в волосах,
и она отвечала ему рукой, а мне говорила — так:

«Ничто не случайно, и никто не случаен для нас:
больному — врач, заблудшему — свет, одинокому — слово: ты не один.
Где текут реки — там нет острых углов,
и мы по одним берегам ходим и строим дома.
Но у кого-то в доме — вечное лето,
а к кому-то пришла зима.
Живая вода живёт внутри нас:
не сохнет под солнцем, в отчаянье — не пуста».

Её ладья скользит к потускневшим брегам —
Бог при рождении заповедал ей лечить живых.
Она зажигает свечу во тьме маяка:
одна здесь лежит уже год, другая — два.
«Вот тебе небо, — шепчет, — а вот живая вода».

И они поднимаются, смотрят на свет маяка,
и спрашивают тихо: «Отче, скажи —
почему люди оставляют тех,
кому говорили: люблю?»