ЦиклON. Часть 3. Встречные силы

Сад кожу сбросил в грязь;
Октябрь — снаружи.
И голых веток вязь
Дробится в луже.

Читатель, дверь прикрой.
К столу — поближе.
Здесь то, что под рукой,
Небес не ниже.

Не бес ли, друг,
В наш дом просился?
На оклик «друг» — тук-тук!
И вот — явился.

Ну, ладно. Чёрт с тобой!
Опять осечка.
Вернёмся в мир живой,
Где дышит свечка.

Кадильный уголь ал,
И ладан тает.
Дым пальцы обвязал —
Не отпускает.

На дым и на тепло
Приди, Эрато.
Всё то, что отжило,
Во мне распято.

Поддай-ка мне огня,
Не соблазняй Парнасом.
Пусть вырвет из меня
Стих с мясом.

Одни кричат: «На бис!»
Другие — хором:
«А ну-ка, провались!»
И щёлк — затвором.

Лист к ветке не пришить
Обратной строчкой.
А всё, чем дальше жить,
Не кончить точкой.

Ну что ж. Давай прочтём —
Не зря же звали.
А там и разберём,
Куда попали.


Обратный взгляд

Мне ли праздным острословьем
Заговаривать ожог,
Если память пахнет кровью,
Проступающей меж строк?

Мне ли возле чьей-то боли
Запираться на замок,
Если кто-то поневоле
Вынес то, что я б не смог?

Я касался лба доктрины,
Проверял и пульс, и жар:
За стеклом её витрины —
Человек или товар?

Куклам боль не докучает:
Дёрнул нитку — и веди.
Человек не отвечает?
Ты не нитку — пульс найди.

Хоть латынь учи, хоть инглиш —
Мир знаком до мелочей:
Те же лица снова видишь,
Слышишь хруст своих хрящей.

Даже космос станет тесным
В позолоте наших схем:
Неизвестное — известным,
Необъятное — ничем.

Мы, не вспомнив древней были,
Камень тащим на подъём;
И пока его катили,
Стал подъём для нас жильём.

А трагедию прикроет
Опереточный убор:
Кто-то плачет — кто-то строит
Из чужого плача хор.

Не баюкай душу, слышишь:
Боль и сласть — её удел.
Ты за ней не всё запишешь,
Даже то, что сам стерпел.

Сердце ходит в те пределы,
Где себе я был знаком,
И приносит всё, что тлело,
Но не сделалось стихом.

Сладость взлёта, горечь срыва,
Неотпущенная злость —
Всё, чем жил я торопливо,
Вновь прожить мне довелось.

Назовут бродягой — дервиш!
Назовут пройдохой — ишь!
Сам себе не всё доверишь,
Что в стихах проговоришь.

Я узор кленовой тени
Не замкну в строке навек:
Есть у песни продолженье —
Смертный, тёплый человек.

/между строк

Не кончен разговор —
Не ставь печати.
Он выведет во двор
Из тьмы понятий.

А двор — расстрельный плац.
Пришли, приятель.
Здесь очередь — абзац,
Стрелок — читатель.

Эрато, отзови
Стрелка от цели:
Ещё теплы в крови
Апрель, капели.

Омой нам чёрный взгляд
В своей живой купели
И выведи назад —
A riveder le stelle.



На полях

Мы не прочли супрематизм —
Квадрат сочли глухой оградой;
И вот за чёрною преградой
Октябрь разводит романтизм.

Квадрат не запирал простор.
Мы сами стены возводили
И чувство с цветом разводили,
Ведя о мёртвой форме спор.

И стих, как маленький росток,
Зелёной жилкой тронул слово.
Под коркой слышен пульс живого;
В сосудах веток стынет сок.

Серёжки веток, букли ив
И птиц прощальные рулады
Вдоль покосившейся ограды
Ведут свой путаный курсив.

Печать гриба на старой раме.
Стекло осыпалось давно —
И сад в раскрытое окно
Врастает мокрыми ветвями.

Политональный шум ветвей
Согласным хором нам казался;
А каждый ствол за свет сражался
В тугом сплетении корней.

Холст пьёт закат. А скипидар
Дерёт мне глотку. На мольберте
Красу не отделить от смерти:
Я плотью плачу гонорар.

Шумят на тысячу ладов
Осин закинутые грабли.
Уже скрестили тени сабли,
Перешагнув черту садов.


За садом — стук колёс,
Гуденье стали.
Тот спор, что в ветках рос,
Мы в нём узнали.


О движении

Пойдём. Поговорим
У переправы
О том, на чём стоим
И в чём неправы.

Читатель, мост застыл
Над чёрной бездной.
А сколько встречных сил
В дуге железной!

Сталь держит груз, а груз
Её сгибает.
Взгляни, какой союз
Вражда сплетает.

Не с неба нам судьба
Спускает вожжи.
Внутри вещей — борьба,
Мы с ними схожи.

Вчерашнее внутри
Хранит иное.
Не вырви — разбери,
Где в нём живое.

Пусть хрупок стебелёк —
В нём сила зреет.
Он ищет свой восток,
Пока светлеет.

Пусть камень мнит: «Гранит!
Стою навечно».
А в трещине блестит
Роса беспечно.

Вода свой ход найдёт,
Где глохнут стуки.
А мысль всю жизнь грызёт
Гранит науки.

Познали только край.
За ним — не чудо.
Не верь, а проверяй:
Что? Как? Откуда?

Сверяй любой ответ
С предметом, мерой:
Иначе знанья свет
Погашен верой.

Сумей среди вещей
Увидеть связи.
Не прячь живых людей
В удобной фразе.

Из тела мысль растёт,
Из боли, слуха.
И та же кровь течёт
По жилам духа.

Не хмурься: я пока
Не прочусь в гуру.
Возьмём-ка за бока
Температуру.

Вода копила жар,
И вот — вскипела.
Уже не жидкость — пар:
Сменила тело.

Листва ушла под снег,
Чтоб стать землёю.
И новый встал побег
Над ней весною.

Увидь, куда поток
Несёт поленья.
Свобода — твой гребок
Сопротивленья.

А рабство — плыть вперёд,
Твердя: «Так надо»,
Когда внизу нас ждёт
Обрыв каскада.

Не бойся быть неправ:
Себя исправить
Умней, чем, правду смяв,
Себя прославить.

Читатель, я и сам
Свой сбой призна;ю:
Мной созданным богам
Не доверяю.

Но стоит свой огрех
Вписать в скрижали —
И к стенке ставят всех,
Чьи рты мешали.

Кто мысль зажал в тиски
Партийной власти,
Тот строит из тоски
Чертог для счастья.

Здесь слово — шибболет,
Клеймо породы.
Не так ответил — нет
Тебе свободы.

Пусть нас зовёт вперёд
Надежда века:
Не государству — мёд,
А человеку.

Не лучший век грядёт
В дыму захвата,
Где брат под гимны жрёт
Родного брата.

И требуют: «Encore!»
Из лож с цветами.
Им отвечает мор
Пустыми ртами.

Ждать ли, мой друг,
За чашкой кофе
Мир во всём мире —
Вдруг?
Иль на Голгофе —
Масс харакири,
Жертвенный круг?
В безлюдном мире —
Ни бед, ни мук.