Вода сильнее огня

"Пётр 1 с рыбаками в лодке в шторм" Неизвестный художник, 19 век

Часть 2. Вода сильнее огня

«Есть и вода, что крови стоит.»
Слёзы. Народная загадка

От зарева пожарищ тревожится душа,
слезливая вода туманит взор уставший.
Беда, как варвар бьёт — ударами судьбы, как палаша,
сечёт и колет нервы — рыдает даже много повидавший.
Вчерашний день не предвещал беды и столкновенья сил,
сегодня жаждою иссушены уста молящих:
«О, Боже, дай нам дождь, который бы пожары погасил,
пролей спасение из туч, услышь просящих... »

И капли падают на раскалённые угли.
Шипящий пар накрыл очаг, огню свирепствовать мешая.
А огненные языки уже достаточно пожгли,
всё на пути в золу и пепел обращая.
Не прекращая буйствовать, сражается природа.
Огонь, гонимый ветром, в даль вырваться спешит.
И та же сила гонит к нам грозу от края небосвода.
Но не известно никому, когда нас защитит небесный щит.

Сгорают бедные усадьбы и дворцы, хлеба и сор-трава,
пожитки скромные и блеск роскошества людского.
Хлев занялся с искры и выгорел до тла, за ним — изба,
и так в округе по порядку — снова, снова.
Пол;ва зажжена была — теперь сгорает луг и сад.
Огонь сушняк схватил и взвился супротив живого.
И превратился рай, от нерадивости, в кромешный ад,
где не спасает влага тел - кровь, сок - от бедствия земного.

Несутся люди — мураши, скоты.
Иные за гроши и тряпки сгорают в скаредном припадке.
Другие же, поодаль встав, безмолвствуют разинув рты.
Немногие рискуют жизнью без оглядки —
рубеж не опалённый стерегут, решимостью своей,
скрыв под пожарным парусом строенья
на полотно льют воду неустанно —  отстаивают кров людей.
Великий труд победы над огнём, тяжки с природою боренья.

Вода - противная огню стихия - имеет силу и бессилье.
В бессилии она, лишь в пар летучий обратилась
и взмыла в высь, не прекратив горящее засилье.
В силе своей, не без побед, с противником сразилась.
Разлилась водная преграда пред огнём и он угас,
оставив пепелище и душераздирающую сцену,
и горестный безрадостный контраст,
как памятник беспечности и тлену.

В борении стихий —  схватка огня и водного потока.
Идёт из века в век борьба, вскипает гнева клокотанье.
Солнце всегда свой лик являет нам с востока
и отражает в океане своё блестящее скитанье,
и прикасаясь к краю вод, волнует душу мирозданья,
и догорает до конца в пожаре сумерек вечерних.
Для мореходов приоткрыта завеса вечного воззванья,
в плесканьи волн и в ритме дум напевных.

Один лишь порт морской в России был
когда все действия свои направил к морю
и выезд свой с компанией в Архангельск снарядил.
Душа моя меня звала скорей узреть морскую волю
и к глади вод холодных прикоснуться.
Чтобы ещё одно призвание познать и ощутить любовь,
и с головой в морское дело окунуться,
чтоб благу Родины моей служила новь.

Мы увидали красоту флотилии морской — 
торговый флот под стягами далёких стран заморских.
Не высказать всей радости свидания с мечтой.
Сердечный трепет ощутил реальность видов броских.
Обман низведший  быль до сказки,
уже не властен над сознаньем плодотворным.
На дело человечьих рук взирали прямо, без опаски,
ведь все смущения предстали вздором сорным.

Величествен корабль, идущий по воде большой,
Отдав швартовые, он в даль несётся ветром переменным.
За контр-бизанью берег, а впереди бом-кливера желанное душой.
Под килем толщи вод, а над грот-трюмселем звезда, открывшаяся верным.
И в мерном поскрипе расслабившейся снасти звучит щемящий душу зов,
который водит корабли из порта в порт и от причала до причала.
А между этих двух — искусство мореплаванья, усвоенное мной с азов.
Если бы жизнь ещё одну —  то повторил бы всё с начала.

И пережил бы маяту мятежных бурь и кораблекрушений горе,
и страшные громады волн в пучине штормовых волнений,
когда пришлось мне штормовать в открытом море,
когда в погибели своей не оставалось более сомнений.
Из страждущих сердец лились признания судьбе морской,
а ураган срывал все штормовые паруса со шкотами и галсами,
и правда жизни в бурной мгле билась со смертною тоской,
и тени смертные пугали нас своими жуткими гримасами.

А человек противился взбесившейся стихии.
В своё творение - в корабль - люди врастали, будто бы корнями.
Лупили волны разъярённые, хлестали до крови ветра лихие —
те что все мачты, от бизань до фок, ломали.
Но перед смертью мореходы не сдавались
и им в награду за отвагу вдруг ветер начинал штилеть.
Горесть утрат и радость жизни в живом сознании смешались.
Любовь в борьбе —  продлила жизнь, попрала смерть.

Когда предстал пред нами порт морской,
то увидали мы разгрузку кораблей,
и среди дельной суеты разноязычный гул людской.
И тут уверенность пришла, что стали мы душой сильней.
Полней открылась предо мной картина неотложных дел.
Отнюдь, не мешкая свершил — почин к постройке корабля.
А воеводе присмотреть за этим делом повелел,
чтоб флот Российский возвести и не пропало время зря.

Под впечатленьем находясь от тех торговых кораблей
мне захотелось проводить их в море.
Шесть дней, как миг — свидание с мечтой моей.
Мы, силой ветра увлечённые, неслись с волнами споря.
Вторя восторженным свято-хвалебным гимнам,
которые неслись от сердца к небу,
над нами чайки поднимали гам.
Как будто радовались все, что былью стала небыль.

Матка-вожак — компас, корабль ведёт в ночи и днём,
тридцать два стрика — ветры, скитальцы по морям гуляют.
Со мной любовь моя и мы вернейшим курсом Русь вперёд ведём
и на прозревший ум угрозы мыслей смутных не влияют.
Хвостами пусть метут и кровь лакают псины,
пусть распинатели найдут свою петлю,
моим врагам болота и трясины.
С Отчизнолюбцами без устали творю!

продолжение следует...