Мордехай Казас Ханна и семь ее сыновей

Жила очень праведно Ханна.
Опорою – семь сыновей.
Но только в день гибели Храма
Страх тучей сгустился над ней.

Разруха от рук Антиоха,
Смятенье и смерти от ран.
В содоме и суматохе
Был им возведён истукан.

Указ – бить челом истукану,
Священно его лишь лицо.
И люди, поддавшись обману
Забыли про веру отцов.

Лишь крохи непоколебимых
Твердили о Боге едином:
«Наш Бог – Это Бог трёх миров,
Он царь всех царей. Он суров.
Он здесь и везде, он невидим,
Но только всё слышит и видит,
Поверженным будет им идол.
Второй Храм хотя и разрушен,
Крепки, Антиох, наши души,
Нетленна Святая Земля!»

Никто о спасенье не грезил,
Не предал никто свой обет.
Их жгли раскалённым железом,
Топили в крови. Этот свет
Не видел страшнее кощунства,
Жестокости и безумства.

Предвидела страшное Ханна,
Всевышнему помолясь.
Неповиновеньем тирану
Сынам материнский наказ:

«Держитесь святой нашей веры,
Чего б ни сулил лиходей.
Чтить заповеди – это мера
Порядочности людей.

И все удовольствия мира
Не стоят без них ни гроша,
Без них будет бедной и сирой
Бессмертная ваша душа.

А в мире ином есть опора,
Есть истина, рай есть и ад.
Рай верным назначен, бесспорно,
Там с братом обнимется брат.

Терпите, родные, все муки,
Идите Господним путём.
Недолгая будет разлука –
В раю будем вместе потом.

И, горько рыдая, слезами
Омыла своих сыновей,
Она их в глаза целовала,
И по одному обнимала,
И каждому что-то шептала.
И плакало небо над ней.

Пришли лиходеевы слуги:
«Скорей, вас зовёт господин!»
Но не было в братьях испуга,
Не дрогнул из них ни один.

«О, детки мудрейшей из женщин,
Вас видеть гостями я рад!»
Сладки Антиоховы речи,
Но только упрятан в них яд.

«Израилем и небесами
Вы посланы мне на поклон.
Вельможами станете сами,
И жизнь ваша слаще, чем сон,

Окажется. Вашим поступкам
Достойная будет цена,
Коль сделаете уступку,
Ведь жизнь у вас только одна.

Губить её глупо и странно.
Отказ – неприглядный итог.
Умнее принять истукана.
Увы, не всесилен ваш Бог.

Смешны даже ваши причины
Отказываться от свинины.
А ваш пресловутый шаббат!?
Пусть сам за себя, каждый брат
Сейчас принимает решенье:
Готов ли ко мне в услуженье?

***
Ответ готов был очень скоро:
«Нам запрещает это Тора.
Мы не изменим нашей вере,
Умрём. Но нам открыты двери
В небесный рай. Твой истукан
Всего лишь каменный болван,
Ничтожество в сравненье с нами,
Живыми божьими сынами.
Закрытый рот – что скажет он?
Глаза пусты – не видит он!
Что уши – ведь не слышит он.
А нос? Он запахов лишён.
Он от врагов не убежит
И никого не устрашит.
Его прикрыта нагота,
Но только суть его пуста.
К чему одежды мишура?
В нём нет ни худа, ни добра.
Чему же здесь поклоны бить?
Пред Богом головы склонить
Должны мы все. Он создал нас
Такими, как мы есть сейчас.
Он в нас вложил немало сил,
Душою тело оживил.
Он знает, видит, слышит всех.
Весь этот мир – его успех!
Тебе же на твою беду
Гнить на земле, гореть в аду!

***
Слова эти вызвали ярость,
Безумен преступника гнев.
Жаровен, пылающих ало,
Ужасен разверзнутый зев.

Вот в пекле бушующем старший
Смерть принял без звука, молчком.
Второй, да и третий, бесстрашно
Отвергли тирана. Ничком

Лежат подле брата. Напрасно
Оставшихся звал Антиох
На царство. Тогда же бесстрастно
Он бросил в огонь ещё трёх.

Лишь младшего деспот не тронул,
Надеясь на дерзкий обман.
Прельщал самоцветами, троном
И властью над множеством стран.

Потом предлагал малолетке
Любимую мать пожалеть.
Тот тихо ответил: «Мне в клетке
Твоей золотой не сидеть.

И щедростью ты не задушишь,
И сердце не сможешь согреть.
Скорей отпусти мою душу,
Мне с братьями легче сгореть!»

***
Законов отцов не нарушив,
Погибли. Блаженны их души,
Столь вера была велика.
Уйдут за веками века,
Но только, слезами омыта,
Их жертва не будет забыта.

И молится бедная Ханна
За павших сынов неустанно:
«О, я их покой не нарушу,
Но, Боже, прими мою душу.
Навеки раба твоя Ханна…»
Упала уже бездыханна.


Примечания:
• Это стихотворное произведение написано на основе сюжета из 2-й книги Маккавеев (7-я глава) караимским автором Мордехаем бен Шеломо Казасом в первой половине  XIX в.
• Казас Мордехай бен Шеломо ( ? – 1835, Чуфут-Кале) – один из выдающихся караимских учёных, учителей, писателей, поэтов и просветителей второй половины XYIII и начала XIX в. в. Он первый в Крыму писатель и поэт на национальном караимо-тюркском языке, сочинения которого сохранились.
• Приведен сокращенный поэтический перевод предания,которое является фрагментом книги «Бал солагъы» («Сотовый мёд»), 1835 г. Кезлёв (Евпатория), с. 151, написанной ивритским шрифтом.
• Подстрочный перевод с караимского – В. А. Ельяшевич