О рюмочной на моховой
О РЮМОЧНОЙ НА МОХОВОЙ
Все поколения студентов
Хвалили рюмочную ту
За чистоту ингредиентов,
Да, и, вообще, за простоту,
Там всех устраивали цены
И с килькой хлебный бутерброд,
И рыцари кулис и сцены
Там отправляли рюмку в рот,
Потом беседа за искусство,
О том, как ставил Мейерхольд,
Хотя в карманах было пусто,
Но каждый был, как Чайльд Гарольд;
О, эти юные «Сократы» –
Хирурги человечьих душ,
Послушать, так ума палата,
Хоть мелют всяческую чушь,
Но мы, друзья, не будем строги
К тем, чьи амбиции смешны,
И мы, прошедшие дороги,
Бывали пафосом грешны,
И мы в той рюмочной, бывало,
Плели о театре разговор,
И кильки нам казалось мало,
А для фантазий был простор,
Свое студенческое братство
Нам никогда не позабыть,
Что ж, это было не аббатство,
Мы веселились во всю прыть,
Нас завораживала сцена,
На ней со шпагою в руке
Иль с тростью муза Мельпомена
Всегда была невдалеке,
Профессоров мы уважали,
Мы помним, как великий Кох
Преподавал движенье в зале,
И сам он двигался, как бог;
Так что же рюмочная эта
На незабвенной Моховой?
Друзья, там не было ответа,
И с полупьяной головой
Нам истину за рюмкой водки
Не удавалось отыскать,
И в споре бесполезном глотки
Напрасно было надрывать,
И каждому потом, с годами
Открылась истина своя,
Кому-то в золоченой раме,
Кому с оградкою земля;
Я начал с рюмочной – пустое,
Все дело здесь совсем не в ней,
Я думаю о том, что; стоит
Всего дороже в списке дней?
Что в нашей юности далекой
Поставить выше всех имен?
В кого в толпе иль одинокий
Ты был сильней всего влюблен?
И, заглянув сегодня в душу,
Я это слово опознал,
И верность слову не нарушу,
Свобода – вот наш идеал,
Джинсовый клёш был нашей модой,
Нам пофиг был любой барьер,
Мы с необузданной свободой
Студенты из СССР.
Свидетельство о публикации №126093005054