Как мы с женой ремонт делали, или Строительный син

Жена сказала: «Дорогой, нам нужно освежить спальню».
Я, как наивный человек, подумал, что «освежить» — это синоним слова «проветрить». Я ошибался. «Освежить» в переводе на строительный язык означает: «Снести всё до бетона и построить заново, но чтобы к ужину было готово».
Мы поехали в магазин. Это отдельный вид экстремального туризма. Если вы хотите проверить крепость вашего брака — сходите вместе в «Леруа Мерлен» за плинтусом. Мы взяли тележку. Тележка была пустая, а амбиции — как у Трампа.
— Нам нужна краска, — сказала жена.
— Какая?
— Ну, такая... чтобы красиво.
Я взял банку, на которой было написано «Красиво». Оказалось, цвет называется «Утренний туман в Провансе». Это когда ты красишь стену, а она становится цвета грязного снега, который лежал под забором три недели.
Дальше — больше. Мы решили поменять розетки. Я, инженер с высшим образованием, потратил сорок минут на то, чтобы понять, как снять старую советскую розетку. Она сидела в стене так, будто её туда заливали вместе с фундаментом при Брежневе. Когда я её победил, из стены посыпались искры, и свет погас во всей квартире.
— Ты что натворил?! — закричала жена.
— Я нашел фазу! — гордо ответил я, стоя в темноте.
— Ты нашел п***ец, а не фазу! У соседей телевизор взорвался!
Вызвали электрика. Дядя Валера пришел, посмотрел на мою работу, почесал затылок и сказал фразу, которая теперь будет сниться мне в кошмарах:
— А вот тут у вас проводка алюминиевая... с медью... скручена... изолентой... синей. Кто делал?
— Я, — робко сказал я.
— Молодец, — сказал дядя Валера. — Художник. Больше не делай.
Потом мы клеили обои. Это медитация. Ты стоишь с валиком, весь в клее, на голове — кусок обоев, а жена кричит из другой комнаты: «Не видно стыка?». И ты такой: «Не видно!». Хотя видно всё. Видно, что стык шириной с Волгу, и рисунок не совпадает на целый сантиметр. Но ты уже готов врать, лишь бы не переклеивать.
Самое страшное в ремонте — это не грязь, не пыль и не выпавшие волосы. Самое страшное — это момент выбора. Когда ты стоишь перед выбором между двумя оттенками белого: «Белоснежный» и «Кипенно-белый». Ты смотришь на них полчаса и понимаешь, что разницы нет, но если ты выберешь неправильно, будешь ходить в этом ремонте до пенсии.
К концу недели мы спали на полу, ели пиццу из коробки, потому что плита была укрыта пленкой, а в ванной стоял мешок с цементом. И вот, сидя на мешке в три часа ночи, глядя на криво приклеенный плинтус, я понял главное.
Ремонт — это не улучшение жилища. Ремонт — это тест на выживание. И если после фразы «Давай просто поклеим обои» вы всё еще вместе, значит, вам ничего не страшно. Даже алюминиевая проводка.