Ипотека, дом, работа

Ипотека, дом, работа.
Почерневшая душа.
Люди в сером, черти, боты.
Кундалини, ом, лапша.

Чебуреки в синем цвете.
Стол без ножки в голубом.
Глаз гасконца с минорета
смотрит в мир, в нём быть рабом.

Не в своих там ходят шкурах.
В волчьих, лисьих, золотых.
А под ними сплошь натуры -
выноси хоть всех святых!

Маски, бронь, чужие роли.
Примитив, невроз, тоска.
Каждый плох в своей юдоли.
В вечном поиске пайка.

Травит байки ретранслятор.
Всё одно который год.
В странах дальних бобулятор.
В ближних лишь атомоход.

Клерк, рабочий и колхозник.
Пять колен аристократ.
Каждый словно жук-навозник
тащит грех по тропке в ад.

Гармонист без кнопок слева.
Без ворот стоит вратарь.
В голове от перегрева
безрассудство, бред и хмарь.

Сердце бьётся в ритме танца.
Танго, буги и фокстрот.
Нет на отдых даже шанса.
Жадно тянет воздух рот.

В круговерти красных юбок
вылетаешь вдруг в эфир.
Под светил небесных купол,
чтоб светить там как сапфир.

Но потом от ветра ночью
вниз срываешься, во тьму.
Ипотекой озабочен,
сидя в кресле на дому.

Рядом стопка, дым сигары
вновь уносят мысли вверх.
Дверь ломают санитары.
В мутных окнах фейерверк.