Войдя в игольное ушко
Бродяга, слившийся с толпой, —
Он Бога сын? Иль кто?
Молчит судья немой.
Молчит всевечный воздыхатель,
Скучающий по чуду и кнуту,
И он уже востребовал распятье,
Завидуя ему.
Он власть поставил выше слова,
Он — гусь, гагочущий в ночи.
Лишь мёртвого полюбят Бога
Глупцы и палачи.
В его крови измазавшись по локти,
Не помня речи о любви,
Лицемеры обломают ногти
И разобьют о стены лбы.
Кого спасать? Юродивы мозоли. —
Не хватит жизни до креста,
Чтоб хоть один из них, но понял —
Она была важна!
Свидетельство о публикации №126092900526