Без ярких красок Короткий рассказ

+
Тимофей с Лизаветой строили свои сначала песочные, потом не песочные замки, начиная со школьной любви. Перешагнув за девяносто лет безразличная к слезам и радостям память им изменила. Им обоим. Помнили только, что сидели за одной партой. Так и поженились. Подробности оказались размыты. Как после наводнения из-за сильных ливней и оползней в Непале, когда виднелись местами то крыши затопленных домов, то чьи-то ступени вдруг слишком чувствовались под ногой. Сегодняшний день ещё как-то держался для них наплаву. Как-то они даже сдружились,  как будто забыли все ссоры. Вымели взаимные претензии вместе с воспоминаниями, как сор из избы.
Лизавета потянулась к вазочке для конфет. Трюфель есть, чай попить хватит. И ещё одна конфета в золотом фантике, продолговатая, завёрнутая по краям ровным аккуратным конвертиком. Лизавета хотела отдать мужу лучшую конфету, зажала её в руке, и забыла. Муж дремал в кресле. Лизавета смотрела на него, и кружилась в изменчивых мыслях, не умея выбрать ни одной. Конфета у неё в руке подтаяла, шоколад под мятым фантиком сделался тёплым. Она встала с кресла, чтобы полить цветы. Отвела от окна штору. Герань, алоэ и фикус разрослись по подоконнику одной дружной семьёй. Лизавета положила конфету у окна,  чтобы взять кувшин с настоявшейся водой. Так делают дети. Кладут одно, чтобы взять другое, потом забирают себе обратно. Конфету Лизавета забрать не догадалась. Муж проснулся. Не говоря ни слова, потянулся за пультом для телевизора. Лизавета села с ним рядом, разлила по чашкам остывший чай, заваренный вчера. И тут она неожиданно вспомнила, что о чём-то таком она забыла. Вроде бы это что-то было важное. Лизавета посмотрела на ладонь – липкая. С чего бы это? Трещины на чашках напоминали морщины. Трюфели теряли на лету многослойные обёртки. Муж попытался включить телевизор. Пульт как подменили. Лизавета обошла телевизор со всех сторон. Как-то он включался. Кто не знает, как включается телевизор, тот смотрит его прямо так, без ярких и раздражающих красок. Лизавета с мужем смотрели на чёрный экран телевизора. Внимательно изучая его черноту, продираясь сквозь неё, как сквозь непроглядную ночь. Сколько этих ночей у них в жизни было? И не сосчитать. Прошло что-то около часа. Потом глаза устали. В комнате стемнело. А они всё смотрели, пока телевизора в темноте больше не стало видно.