Как мне радостны детские слёзы. Ш.Валентина
Отпустила кораблик по водам
Отпустила кораблик по водам,
Отпустила любовь и семью,
Что, скажите, мне проклятой надо?
Если жизнь не сложила свою.
Да, разбила семью я, не скрою,
Без детей я оставила мать,
На панели торгует собою,
Пусть живёт, как отпетая тать.
Как мне радостны детские слёзы,
Их страданиям счастлива я,
И о матери их только грёзы,
Никогда не вернётся она.
Я разводам несказанно рада,
Ведь всё мщу я тому мужику,
В Волгограде, что бросил, зараза,
Умирать на холодном снегу.
На коленях Олега молила:
Не бросай! На развод не иди!
К потаскухе какой-то постылой
Он ушёл. Ну а я? Позади!
И я мщу. Мщу я злобно и страшно-
Мне в мужчинах различия нет,
Разведу и рассорю ужасно,-
Разведу и рассорю я всех!
Моя дочь одинокой шалавой
Пусть стареет и сохнет одна,
Её дети мне будут забавой,
Пусть сойдёт она с горя с ума.
Этот «зять» пусть не знает покоя
Днём и ночью с детьми он один,
Пусть стирает, готовит и моет,
И ночами пускай он не спит.
Отпускаю кораблик по водам,
Пусть течением вдаль унесёт,
Как я радостна детскому горю,
Их страдания - сладостный мёд.
29.09.2026 Гаага, Абарбанель
25.09. на День рождения 8 лет сыночку Ицхаку(Исааку-Йосефу) Ш.Валентина, называющая себя «бабушкой». прислала фото и аудиозапись «что она купила Исааку кораблик», но, вот, уже отпустила, чтобы садистски помучать ребёнка. Когда мы спросили, услышим ли мы голос матери, то последовал стандартный ответ «мол, она - взрослая». Женщина, которая на протяжении восьми лет целенаправленно и систематически разрушала нашу семью, которая добилась, чтобы её приёмная дочь бросила троих малолетних детей, не общалась с ними и отказывалась помогать, эта женщина, бессовестно лезла на контакт и что-то блеяла о любви. Когда мы все хором заявили, что мы маму продолжаем ждать, её простили и любим, она прервала связь, а наш аккаунт заблокировала. Любовь и прощение с покаянием остаются всепобеждающими.
Как мне радостны детские слёзы!
© Copyright: Ариель Абарбанель, 2026
Свидетельство о публикации №126092903373
Свидетельство о публикации №126092903373
Рецензии
Перед нами стихотворение, построенное на предельно резком, намеренно шокирующем высказывании. Его художественный центр — не столько событие развода или семейного конфликта, сколько образ человека, превратившего собственную боль в желание причинять боль другим.
Уже первая строка — «Отпустила кораблик по водам» — создаёт почти детский, светлый образ. Кораблик обычно ассоциируется с игрой, надеждой, путешествием, подарком ребёнку. Но дальше этот образ постепенно получает зловещий смысл: отпущенный кораблик становится метафорой разрушенной семьи, утраченной связи и, в конечном счёте, детского страдания. Особенно сильным оказывается контраст между невинностью предмета и жестокостью сопровождающего его текста.
Главный художественный приём произведения — инверсия нравственных ценностей. Лирическая героиня говорит:
ценностей. Лирическая героиня говорит:
«Как мне радостны детские слёзы»
Именно эта фраза становится своеобразным рефреном всего стихотворения. В нормальной эмоциональной системе детские слёзы — знак беды, которому хочется положить конец. Здесь же они объявляются источником удовольствия. Благодаря этому возникает намеренно пугающий психологический портрет: чужое горе оказывается для героини способом компенсировать собственное пережитое унижение.
При этом причина её озлобления названа прямо: прошлое предательство мужчины. Она вспоминает, как просила мужа не уходить:
«На коленях Олега молила:
Не бросай! На развод не иди!»
Таким образом, в тексте просматривается механизм переноса личной травмы на совершенно других людей. Брошенная женщина не смогла примириться со своей потерей и теперь провозглашает месть принципом существования:
«И я мщу. Мщу я злобно и страшно».
Это, пожалуй, самая важная психологическая линия произведения. Месть перестаёт быть реакцией на конкретного человека и превращается в универсальную программу: «разведу и рассорю я всех». Личная трагедия расширяется до желания разрушать чужие семьи.
Особенно трагичен при этом образ детей. Они оказываются заложниками конфликта взрослых, причём сами не являются причиной произошедшего. Строки о дочери и её детях намеренно доведены до крайней жестокости. Художественно это работает как демонстрация предела озлобления: героиня уже желает страдания не тому, кто когда-то причинил ей боль, а следующим поколениям.
Отдельного внимания заслуживает композиция. Стихотворение начинается корабликом и заканчивается им же:
«Отпускаю кораблик по водам,
Пусть течением вдаль унесёт»
Возникает кольцевая композиция. Однако к финалу первоначально нейтральный образ окончательно меняется. В начале — просто кораблик, отпущенный по воде; в конце — символ сознательного отказа остановить течение разрушения. Кораблик становится своеобразным знаком судьбы, которую героиня сама отдаёт течению.
Есть в стихотворении и существенная художественная неровность. Речь местами намеренно или непроизвольно переходит в прямую декларацию, а некоторые рифмы и формулировки выглядят скорее как эмоциональная фиксация мысли, чем как тщательно обработанная поэзия. Однако в данном случае это одновременно является частью эффекта: текст звучит не как спокойное литературное повествование, а как эмоциональный монолог человека, которого захватила ненависть.
Именно поэтому оценивать лирическую героиню исключительно как «автора высказывания» было бы слишком просто. В художественном отношении интереснее другое: стихотворение показывает разрушительную силу непережитой обиды. Человек, однажды переживший собственное отвержение, начинает воспринимать чужое семейное счастье как оскорбление и чужую боль — как возмездие за собственную.
Сопроводительный текст к стихотворению существенно меняет его восприятие: он связывает художественные строки с конкретными людьми, ребёнком, семейными событиями и датами. Но здесь важно различать литературный текст и утверждения о реальных событиях. Стихотворение само по себе не может служить доказательством того, что описанные в нём действия действительно были совершены именно так. Оно является прежде всего документом определённой эмоциональной позиции и способом её публичного выражения.
В итоге «Отпустила кораблик по водам» — это не столько стихотворение о разводе, сколько стихотворение о мести, которая переживает саму причину мести. Его наиболее сильная сторона — страшный контраст между детским образом кораблика и сознательно провозглашаемой радостью от детского горя. Именно этот контраст превращает простой бытовой конфликт в притчу о том, как личная обида может постепенно стать самостоятельной разрушительной силой.
Ариель Абарбанель 29.09.2026 11:52 • Заявить о нарушении
Уже первая строка — «Отпустила кораблик по водам» — создаёт почти детский, светлый образ. Кораблик обычно ассоциируется с игрой, надеждой, путешествием, подарком ребёнку. Но дальше этот образ постепенно получает зловещий смысл: отпущенный кораблик становится метафорой разрушенной семьи, утраченной связи и, в конечном счёте, детского страдания. Особенно сильным оказывается контраст между невинностью предмета и жестокостью сопровождающего его текста.
Главный художественный приём произведения — инверсия нравственных ценностей. Лирическая героиня говорит:
ценностей. Лирическая героиня говорит:
«Как мне радостны детские слёзы»
Именно эта фраза становится своеобразным рефреном всего стихотворения. В нормальной эмоциональной системе детские слёзы — знак беды, которому хочется положить конец. Здесь же они объявляются источником удовольствия. Благодаря этому возникает намеренно пугающий психологический портрет: чужое горе оказывается для героини способом компенсировать собственное пережитое унижение.
При этом причина её озлобления названа прямо: прошлое предательство мужчины. Она вспоминает, как просила мужа не уходить:
«На коленях Олега молила:
Не бросай! На развод не иди!»
Таким образом, в тексте просматривается механизм переноса личной травмы на совершенно других людей. Брошенная женщина не смогла примириться со своей потерей и теперь провозглашает месть принципом существования:
«И я мщу. Мщу я злобно и страшно».
Это, пожалуй, самая важная психологическая линия произведения. Месть перестаёт быть реакцией на конкретного человека и превращается в универсальную программу: «разведу и рассорю я всех». Личная трагедия расширяется до желания разрушать чужие семьи.
Особенно трагичен при этом образ детей. Они оказываются заложниками конфликта взрослых, причём сами не являются причиной произошедшего. Строки о дочери и её детях намеренно доведены до крайней жестокости. Художественно это работает как демонстрация предела озлобления: героиня уже желает страдания не тому, кто когда-то причинил ей боль, а следующим поколениям.
Отдельного внимания заслуживает композиция. Стихотворение начинается корабликом и заканчивается им же:
«Отпускаю кораблик по водам,
Пусть течением вдаль унесёт»
Возникает кольцевая композиция. Однако к финалу первоначально нейтральный образ окончательно меняется. В начале — просто кораблик, отпущенный по воде; в конце — символ сознательного отказа остановить течение разрушения. Кораблик становится своеобразным знаком судьбы, которую героиня сама отдаёт течению.
Есть в стихотворении и существенная художественная неровность. Речь местами намеренно или непроизвольно переходит в прямую декларацию, а некоторые рифмы и формулировки выглядят скорее как эмоциональная фиксация мысли, чем как тщательно обработанная поэзия. Однако в данном случае это одновременно является частью эффекта: текст звучит не как спокойное литературное повествование, а как эмоциональный монолог человека, которого захватила ненависть.
Именно поэтому оценивать лирическую героиню исключительно как «автора высказывания» было бы слишком просто. В художественном отношении интереснее другое: стихотворение показывает разрушительную силу непережитой обиды. Человек, однажды переживший собственное отвержение, начинает воспринимать чужое семейное счастье как оскорбление и чужую боль — как возмездие за собственную.
Сопроводительный текст к стихотворению существенно меняет его восприятие: он связывает художественные строки с конкретными людьми, ребёнком, семейными событиями и датами. Но здесь важно различать литературный текст и утверждения о реальных событиях. Стихотворение само по себе не может служить доказательством того, что описанные в нём действия действительно были совершены именно так. Оно является прежде всего документом определённой эмоциональной позиции и способом её публичного выражения.
В итоге «Отпустила кораблик по водам» — это не столько стихотворение о разводе, сколько стихотворение о мести, которая переживает саму причину мести. Его наиболее сильная сторона — страшный контраст между детским образом кораблика и сознательно провозглашаемой радостью от детского горя. Именно этот контраст превращает простой бытовой конфликт в притчу о том, как личная обида может постепенно стать самостоятельной разрушительной силой.
Ариель Абарбанель 29.09.2026 11:52 • Заявить о нарушении