Баллада о хрупкой силе

Не в замке высоком, не в блеске пиров,
Где рыцарь клянётся прекрасной невесте,
А в нашей глубинке, средь русских снегов,
Случились тогда эти дивные вести.

Стояла весна. Ледяная река
Уж дыбилась, выла, ломая оковы.
И шла через мостик, легка и хрупка,
Алёнка, не ведая бури суровой.

Вдруг треснула глыба, и с грохотом льда
Огромная льдина поплыла по стрежню.
И в тёмной воде, где чернела беда,
Застряла дворняга - скулила мятежно.

Собака! Дворняга! Кому она мать?
Но девочка, ахнув, расправила спину.
Не стала Алёнка стоять и рыдать,
А кинулась в стылую эту пучину.

По острым краям, по гремящей воде,
Где взрослый мужик бы сломался и сдался.
"Держись, мой хороший! Держись, я к тебе!"
И мальчик на дальнем угоре сорвался.

Бежит, спотыкаясь, к багру своему,
Что бросил рыбак у кривого сарая.
И молится жарко, не веря уму.
Цепляет ту льдину и тянет до края.

Схватила за холку, прижала к груди,
Хоть вымокла вся, хоть озноб в теле бьётся.
"Да что ж ты скулишь? Ты, родимый, иди!"
И вынесла пса. Он вцепился, трясётся.

С неё льёт ручьями весенняя грязь,
Платок в полынье утонул безвозвратно.
Но шла она, солнцу и марту смеясь,
Домой, где и так её ждали стократно.

С тех пор по деревне не молкнет молва:
Не в золоте счастье, не в бархатном платье.
Любовь - это если во льдах голова,
А ты выбираешь чужое объятье.
И если на сердце не камень, а свет,
То в мире тебя драгоценнее нет.