Девочка и звёздочки

Близилась ночь.
В домах светились мягким светом окна.

В самом высоком доме города жила девочка лет девяти. Однажды вечером она подошла к окну, и луна осветила её длинные светлые волосы пшеничного цвета.
 На девочке было нежно-розовое платье с кружевными рукавами, а в руках она держала пластиковую баночку, в которой светились и мерцали маленькие звёздочки.


Она повернула синюю крышечку. Звёздочки радостно встрепенулись и стали осторожно вылетать парами.

 Девочка позвала своих родителей, чтобы показать им это чудо. Мама и папа улыбались. Они стояли и удивлялись.


Папа отложил телефон, присел на корточки рядом с дочкой — и даже не заметил, как из-под брюк выглянули высокие белые носки. Его коричневые кожаные тапочки уютно прижались к полу, будто тоже хотели быть частью этого чуда.

Мама отложила планшет и тут же опустилась на колени рядом с дочкой. Бордовое платье мягко укрыло её тапочки с красными и жёлтыми цветочками — будто само хотело спрятать эту домашнюю, уютную красоту.

А девочка повернулась к родителям, посмотрела с улыбкой на маму и папу, поставила баночку со звёздочками на коврик с изображением Смешариков и тоже присела на корточки. И её розовые тапочки спрятались под платьем.

 Родители смотрели на доченьку и улыбались друг другу — будто в этом взгляде и была вся доброта, какая только бывает на свете.


Папа протянул руку, и звёздочки будто сами потянулись к нему. Они мягко легли на его ладонь и на мгновение замерли, словно прислушиваясь к его теплу. Потом он осторожно перевернул ладонь — и они взлетели к потолку, превращаясь в крошечные светильники.

 Мама чуть наклонила голову, будто прислушиваясь к тишине, и тихо сказала: «Спать пора…». Потом она так же тихо попросила звёздочек вернуться в баночку — будто боялась спугнуть этот вечер.
Девочка и папа  заупрашивали:
 «Ну ещё чуть-чуть!» — прошептал папа, будто боялся спугнуть волшебство.
«Можно ещё немножко?» — девочка прижала ладошки к груди, будто удерживая чудо внутри.
Мама улыбнулась: «Конечно, можно. Но только минуточку.»

В этой комнате время будто замедлилось, чтобы никто не пропустил ни одного мгновения. И эта минуточка растянулась в целую вечность — такую тёплую, что её хватило бы на всю жизнь.