Чужой финал

Тускнеют в багетах немые портреты,
Их прячет густая, холодная мгла.
Скрывают улыбки былые секреты,
Что вечность с собой навсегда  унесла.

Ступаю неслышно по глади паркета,
Где лунный осколок лежит на полу.
Ищу я крупицы вчерашнего света,
Встречая лишь тени в пустынном углу.

Уснувший рояль притаился в гостиной,
Накрытый тяжелой, расшитой парчой.
Умолкли сонаты под тканью старинной,
Покорно сдаваясь эпохе чужой.

Огни отгорели, и свечи оплыли,
Померкли на бронзе следы торжества.
И дремлют незримо под бархатом пыли
Напрасные клятвы и чьи-то слова.

Когда-то здесь пары кружились беспечно,
Звенел в упоении тонкий хрусталь.
Но бал отгремел, и в тоске безутешной
В пустых зеркалах поселилась печаль.

Мерцает стекло, отражая виденья,
Что тонут в бездонной, глухой тишине.
И тают во мраке былые мгновенья,
Пропав без следа в неживой пелене.

Шагаю сквозь залы, ступая несмело,
Туда, где таится безмолвный ответ.
На бархате кресла, что так потускнело,
Лежит одиноко неброский предмет.

От тлена спасенный листок пожелтевший
Хранит отголоски написанных фраз.
И словно бы голос, из тьмы прозвеневший,
Ведет свой последний, щемящий рассказ.

В размытых строках проступают сквозь годы
Обиды и боль, что не смыла слеза.
Крушение судеб, лихие невзгоды,
И гнев, ослепивший когда-то глаза.

Как странно касаться чужого финала,
Держать отголоски предательств и мук.
Эпоха бесследно во тьме миновала,
Оставив лишь холод разомкнутых рук.

Окончена исповедь старого дома,
И прошлого больше никак не вернуть.
Пусть жизнь обитателей мне незнакома,
Я смог на мгновенье в их души взглянуть.

Спускаюсь во мрак по ступеням холодным,
Оставив эпоху под сводом колонн.
Где ветер гуляет по залам свободным,
Храня до конца их торжественный сон.