Сладость

«Не сладость причиняет эту боль.
А сладкому и нежному мир оставляет слишком мало места...»

СЛАДОСТЬ

Сладость, сладость… С каким же надрывом и болью
Эта сладость горчит на разбитых губах.
Будто мёд настояли на пепле с полынью
И оставили стыть на железных штыках.

Мир затянут в тугие, ржавые кольца,
На заставах безумных стреляют в упор.
И багровое небо не помнит про солнце —
Только медленно гаснет за линией гор.

Сладость, сладость… Как странно ей здесь уцелеть,
Где у стали давно человеческий почерк,
Где умеют живое так бережно греть,
Чтобы после ударить мучительней прочих.

А у самого края, где вымерз гранит,
Где метель обнажает последнюю жилу,
Эта страшная сладость — дрожит и горчит —
В узкой трещине камня тайком притулилась.

Притулилась — едва ли крупнее зерна,
И столь близко к земле, что земля её греет.
И такая над нею зреет судьба,
Будто ночь даже выдохнуть рядом не смеет.

Не спасенье. Не ад. Только горький настой,
Только сладость, которой становится больно.
И рука, что могла бы сомкнуться — постой —
Почему-то разжалась. Пристойно.

Сладость, сладость…
На треснувших снова губах
Остаётся мучительно-скомканный привкус.
А в щели гранита,
куда не проходит страх,
что-то маленькое
притулилось
почти забыто.

29 сентября 2026
Тайа