Полушубок

В старом шкафу  недавно
Я вещи решил перебрать.
Там моль ела варежку справно,
С печеньем вприкуску лет пять.

Надев серый плащик, летала
В мутон полушубка она,
С подругой там в карты играла,
Беседы вела дотемна.

И в тех полушубочных дебрях
Построила моль та дома.
В мутона волнистого гребнях
Росли, как грибы, города.

Я слышал машин рокот шумных,
Слыхал, как сипит паровоз,
И лает из недр ворсистых
До меха прожорливый пёс.

Как истый собачник, я понял:
Учуял меня мольтерьер,
И занял в мехах оборону,
Оскалившись, как Люцифер.

Из меха и лошадь заржала,
И тучная молеовца
Овчины пучок зажевала,
Чтоб жиру набрать и мясца.

А в умном молерситете
Профессор студентов учил,
В просторном большом кабинете
О древности им говорил:

«В подкладе глубоком однажды, —
Учёный студентам сказал, —
Коллега мой, Всеволод Бражный,
Скелет мамонтихи сыскал.

До нашей эры в манжетах
Мохнатых бродила она,
Летала на краешек света,
Расправив два серых крыла.

А раньше ещё динозавры
Сжирали овчины клоки,
И были те страшные звери
Размером, как молекиты».

Закончилось время занятья,
Студенты ушли отдыхать,
А я, напрягая вниманье,
Философам начал внимать.

Спросил один молемудрейший:
«Что ждёт в скором времени нас?
Что станет в конце с полушубком,
Пробьёт ли его смертный час?»

Второго же страшно тревожил
В сетях электрический ток.
«Мы тока премного размножили!» —
Ворчал этот старый дедок.

«Рост буйный электрификации
Грозит нашей цивилизации!
Усердно он повторял.
И локоть свой острый кусал».

Внемля молемудрейшим,
Я начал обследовать шкаф.
«Конечно же, молемудрейшие,
Серьёзно я слушаю вас.

Поверьте мне, братцы: до боли
Хочу я познать вашу суть,
Но прежде, дайте припомнить,
Лежал дихлофос где-то тут...»