Устами скомороха

Выписав эссе, не изменив традиции своей, —
Кощей с одним своим яйцом и пояса Риона.
Верно делаешь, Господь: не каюсь, не признай меня —
Я — идея, я — магистр, я — лишь огромная толпа.

Вас читаю только я, коллега, — толстякам конец.
И в лёд, к этому ведёт академический снобизм,
И с короной лишь своей руки, окованной, гордец,
И сие явление забавы прочный символизм.

Не забывай, поэт-коллега: ты и я — крайность глади.
Один изливает метр лишь, другой — страстно избегает,
И смею вновь я с максимализмом речи полагать:
Академизм,
традиции
забыв,
консерватизм мелькает.

Не ту тактику избрал ты, Чезаре Павший, —
Со стены летишь ты, академизм, в болото —
И от снобизма, графомании созданий.
Давно прогнила воинов письма пехота.

Вкусив гордыни язвой,
Вы ведь забыли о себе,
И буря визжит вазой:
Гордо с перьем на гербе.

Новому миру вскоре быть без толстяков,
И «новый мир без Новый Мир», и сном дремлет
Арион, средь оранжево-гнилых томов,
Поэзия — вечно в сайтах мрака тлеет.