Два брата

(Новая сказка на старинный лад)

В одной прекрасной стороне, между двумя бушующими океанами была большая деревня. А на краю деревни, ближе к темному лесу, стоял старинного ладу деревянный дом. В нем жила дружная работящая семья.  Счастливые родители имели пятнадцать детей, девочек и мальчиков ладных и пригожих, весёлых и трудолюбивых. Жили они дружно и в трудах, и в радостях, и в горе. Случавшиеся трудности и невзгоды стойко переносили, сохраняя семейное единство и благоденствие. Они радушно встречали гостей и всегда были готовы прийти на помощь соседям, когда у тех была беда или нужда. Дети выросли сильными и смелыми и не раз доказали неприятелям, буде такие являлись к ним на порог, свою готовность постоять за семью и своих родных.
Время шло, и скоро не стало родителей, и остались дети одни. Правда, все они уже были совсем взрослые и порешили они жить на особицу, своим домом и своими порядками. Разъехались и стали строить свои усадьбы каждый по-своему, друг дружку не забывали, помогали кто зерном, кто лесом, кто кузнечным ремеслом своим братьям и сестрам. А два брата, самый старший и второй, помоложе, остались жить бок о бок на месте родительской усадьбы. И потекла новая жизнь. Старший брат, унаследовал родительский дом, устроился там и зажил по-хозяйски. Сперва помогал младшему, но уже не так скоро и бескорыстно, как учили родители. Младший брат помыкался, победствовал поначалу, но тут появились у него друзья и знакомцы из-за лесу соседнего. Стали помогать, учить новому, незнакомому, но такому приманчивому. Другие братья и сестры при случае говорили старшому, что, мол, ходят слухи, не всё ладно у меньшего брата, на что тот всегда отвечал, что, дескать, тот хоть и младший, однако в своём дому может хоть чего, а моё дело сторона. Время шло, а меж братьями всё пошло уж совсем нехорошо: то скотину пустят в братнин огород, то посевы коньки потопчут. А одного разу двух пастухов старшего брата насмерть дрекольем забили за слова непотребные. И однажды старший вовсе не стерпел и как с цепи сорвался: накинулся на младшего, бил люто, сараи с овинами поджег и большой амбар с урожаем ржи спалил. Братья и сестры с разных сторон стали увещевать старшого, совестить младшего, да куды там. Вражда промеж ними пошла несусветная. Старший рвал на себе рубаху и привселюдно на сельском сходе кричал, что любит младшего брата, как никак родная кровь, но не даст ему спуску и всю эту хоч и родную, а выпустит из того до капли, сделает, как пожелает. И сделал.
Пришел домой, сел за стол, обнял голову и сказал себе: вот и нет у меня младшенького, да и остальными разбежались и вовсе знать меня не хочут.  А потом поднял глаза и уставился на потемневшие портреты родителей-родоначальников и возопил: что делать, тятя? Но не было ему ответа.
Только слышал он, как на опустошенном подворье младшего хозяйничали дружки из-за лесу.