Стеклянные осколки вчерашнего дня

Лера сидела в кресле, похожем на трон из хрома и чёрной кожи, и нервно теребила рукав своего старого свитера. Свитер был сильно растянут и спускался с одного плеча, игриво демонстрируя нежную кожу девушки цвета слоновой кости. Его некогда тёмно-синий цвет сейчас был с дымчато-серым налётом. Впрочем, как считала сама девушка, вся её жизнь была такая... неопределённая. Не то, что у подружек по социальным сетям. Глаза разбегались от шикарных машин, квартир и мужчин, что с обожанием смотрели на сияющих счастьем куколок. Лера никогда не была куколкой. В детстве, когда все девочки из приличных семей надевали красивые платьица, а волосы украшали огромными гипюровыми бантами, Лера носилась по двору на велосипеде с разбитыми коленками, в коротких джинсовых шортах и замызганной футболке. Непослушные длинные волосы обычного русого цвета, которые её мама почему-то величала карамельными, словно флаг свободно развевались на ветру. К слову, на реплики, в адрес своей дочери, соседей по дому и родственников, мол, девочка должна быть девочкой, мать Леры гордо отвечала, что обычных девочек вокруг пруд пруди, а её доченька одна такая - смелая, весёлая и настоящая. А платье напялить и на собачку можно, правда девочкой от этого та не станет. Так и росла Лера... уверенная в себе, весёлая и довольная жизнью, пока не погрузилась в мир социальных сетей, где... счастье измерялось внешним лоском и красивыми пейзажами за спиной. Нет, вначале Лера с пренебрежением пролистывала подобные публикации, а потом как-то... втянулась... Фальшивые улыбки больше не казались фальшивыми, постановочные сцены больше не раздражали своей приторностью, однотипность мышления превратилась в звёздную дорожку к успеху. И чем больше Лера погружалась в красивый мир куколок, тем отчётливей понимала, что в её жизни всё совершенно... не кукольно...
- Решили кардинально? - голос мастера Антона, высокого молодого мужчины с идеальным пучком на затылке и серебряным колечком в правой ноздре, вывел Леру из некого оцепенения. Он небрежно взмахнул палитрой образцов краски для волос и уставился на отражение девушки в зеркале.
- Да, - выдохнула она, кивнув головой для большей убедительности, глядя на своё отражение в зеркале: испуганные глаза, бледное как мел лицо, губы искусанные до крови и волосы, что водопадом спускались до талии и мерцали карамельными бликами в свете ламп искусственного света.- Хочу стать другой. Совсем. Чтобы… чтобы не я.
Антон усмехнулся. Будучи главной звездой салона красоты, активно рекламируемого в социальных сетях, он слышал это каждый день.
- Стандартное желание по пятницам, - молодой мужчина улыбнулся своей самой очаровательной и отработанной улыбкой, не забывая о зрителях, которые будут смотреть отредактированную версию его работы в социальных сетях. -  Особенно на фоне затяжных осенних дождей. Пришло время выбраться из своего кокона, - подмигнул он девушке в зеркале, - пора сиять.
Помощница Антона, длинноногая и пышногрудая брюнетка с невероятно пухлыми губами на пол-лица, закрыла шторкой зеркало. Лера вжалась в кресло.
- Начнём, - чрезмерно воодушевлённо произнёс Антон.
Первый щелчок ножниц прозвучал как выстрел. Длинная русая прядь упала на пол. За ней вторая. Лера зажмурила глаза.
- Шампанское? - вдруг раздалось мягкое у её левого уха.
- Шампанское? - девушка распахнула глаза и часто заморгала, глядя на администратора Анечку, эдакаю фею с накладными ресницами, которая принесла бокал на тонкой ножке.
- Чтобы снять нервное напряжение от волнения, - улыбнулась фея.
- Оу, - потянулась рука Леры к тонкой ножке, чтобы залпом осушить бокал игристого. Напряжение действительно немного отпустило. В желудке потеплело. Плечи расправились.
- Для настроения, - рядом снова оказалась Анечка с бокалом полусладкого.
- А, давайте, - выдохнула Лера, осушая ещё один бокал.
А потом ещё один. И ещё... И кажется ещё несколько раз. Пузырьки били в нос, голова приятно кружилась.
Пространство чуть поплыло. Зато настроение было таким... Ммм... замурчательным.
- Вы только посмотрите! - щебетала Викуся-визажист, нанося на веки Леры что-то мерцающее. - Это же просто кинодива!
- Создана, чтобы сиять, - поддакивала Анечка.
- Пам-па-ра-рам, - наконец произнёс Антон, снимая защитную пелерину с плеч Леры. - Готова увидеть себя новую?
- Ох, - жаркая волна накрыла девушку. - Готова, - пьяненько икнула она.
Помощница Антона загадочно улыбаясь на камеру телефона, неторопливо отодвинула шторку с зеркала.
- Это... я? - прошептала Лера.
Свет софитов над зеркалом казался светом прожекторов. С зеркальной глади на Леру смотрела незнакомка: графичная стрижка-боб с резкой асимметрией, цвет волос - холодный арктический блонд, которого не существовало в природе, губы цвета переспелой вишни. Она выглядела так, будто собралась на закрытую вечеринку, где ожидался проход по красной дорожке. И даже её старый свитер, чуть сбрызнутый лаком для волос с серебристыми блёстками, казался дизайнерской вещью, жутко дорогой и ужасно модной.
- Невероятно! Я себя не узнаю! - смеялась Лера, позируя перед фронтальной камерой, торопливо выставляя новую себя в сети. - Антон, - её голос дрогнул, - девочки, вы волшебники!
Она вышла из салона раскрыв над головой зонт, держа осанку королевы. Телефон разрывался от уведомлений.
«Это ты?! Обожаю!»
«Где колдовали?!»
«100 из 10!»
Десятки красных сердечек и больших пальцев взлетали вверх, словно стайка электронных птиц. Каждый лайк был маленькой дозой эйфории. Она шла по вечернему городу, чувствуя себя победительницей. Старая Лера, которая предпочитала натуральность и искренность, осталась там, на кафельном полу салона, вместе с остриженными русыми волосами.
Утро началось не с кофе.
Оно началось с головной боли.
- Мама дорогая, - Лера поморщилась и попыталась натянуть одеяло на голову, как вдруг что-то неприятно царапнуло плечо. Она открыла глаза. Провела ладонью по плечу, по шее, дотянулась до волос и ахнула. Волосы оказались жёсткими и колючими.
- С похмелья и не такое почудится, - успокоила она себя, осторожно спуская ноги с кровати. - Вот выпью таблеточку, головушка перестанет болеть и всё будет... Будет...
Шаркая ногами, медленно, как сапёр, Лера двинулась на кухню, вжимая голову, боясь, что та от боли может взорваться в любой момент. В коридоре, проходя мимо зеркала, девушка вздрогнула, краем глаза заметив что-то страшное в отражении. Включив свет, Лера замерла.
На неё смотрела очень уставшая женщина, с размазанной по щекам красной помадой. Вместо ресниц - лапки паука. Обычно Лера пользовалась косметикой только по особым случаям, день рождения или поход в театр, поэтому вечером и забыла смыть макияж.
Но самое страшное было не это.
Холодный арктический блонд превратился за ночь в грязную паклю мышиного оттенка с желтыми подпалинами, будто по волосам прошлись паяльной лампой.
Она взяла в руки прядь у левого виска. Волосы были срезаны почти под корень, до самой кожи. Жёсткая, короткая щетинка. Антон явно увлёкся, создавая ту самую «графичность».
Правая сторона, гордо спускавшаяся вчера до подбородка, сегодня уныло висела ниже плеча.
Стрижка была не просто асимметричной. Она была кривой. Безумно, издевательски кривой. Как будто пьяный плотник пытался выровнять забор топором.
Лера потянула за другую прядь. В пальцах остался целый клок. Блонд оказался агрессивным химическим оружием. Волосы просто ломались у корней, сухие и безжизненные.
- Мамочка моя, - прошептала Лера.
Вчерашние лайки теперь насмешливо мигали в уведомлениях экрана блокировки. Комментарий «Кинодива!» смотрелся особенно зловеще. Эти люди хвалили грим. Иллюзию, созданную при правильном свете, профессиональном макияже и нескольких бокалах полусладкого.
Зазвонил телефон: "Мама".
Девушка ответила на автомате, продолжая с ужасом рассматривать своё отражение в зеркале.
- Лерочка, вчера поздно увидела твои фотографии в социальной сети. Ты просто куколка. Мужчины шеи посворачивают! - радостно щебетала собеседница.
Лера в зеркале видела совсем другое: растрёпанная фурия с проплешиной на виске и соломой на голове. В горле встал горький ком.
- Мам… Всё хорошо, - голос был чужим, хриплым. - Просто… немного устала. Я потом перезвоню.
- Понимаю, - не обиделась мама, по-своему расценив слова дочери, - веселись, дорогая!
Лера сбросила вызов и опустилась на пуфик. Вчерашнее шампанское оказалось с подвохом, успех - картонным, а новое «Я» - хрупким, как ёлочная игрушка, которую случайно смахнули с зелёного дерева. И теперь среди стеклянных осколков на холодном полу жизни девушке нужно было найти себя прежнюю. Ту, в линялом свитере, с длинными волосами цвета карамели. Весёлую и настоящую. Которая хоть и не собирала лайки, но хотя бы могла утром посмотреть себе в глаза без слёз сожаления и разочарования.

Продолжение истории:
http://stihi.ru/2026/09/30/7775