Тринадцать пальцев

(Виталий Михайлович Абалаков, 1906–1986 — советский альпинист, инженер-конструктор, заслуженный мастер спорта. Руководитель первого советского восхождения на пик Ленина (1934). На Хан-Тенгри в 1936 году потерял 13 пальцев — инвалид I группы. В 1938-м арестован НКВД как «немецкий шпион», два года под следствием, выбиты зубы, не оговорил себя. Вернулся в горы через десять лет. Команда «Спартак» под его руководством — 12-кратный чемпион СССР, без единого несчастного случая. В 1956-м — первое восхождение на пик Победы. Автор около ста изобретений, в том числе «петли Абалакова». Брат Евгений (1907–1948) — первовосходитель на пик Коммунизма, погиб при загадочных обстоятельствах.)
(Темп: 72 BPM. Тональность: Am.)

Аккорды: Am | F | C | G — куплет; Am | F | C | E7 — припев.

Куплет 1
Енисейск. Заимка. Тайга.
Двое пацанов — без отца, без матери.
Мать в девятом. Отец в десятом.
Родня подобрала. Выкормила. Выучила.

Старший — химик.
Младший — скульптор.
А оба лазали по Столбам, как кошки.
Потом Москва. Институт. Менделеева факультет.
И горы.
Кавказ. Памир. Тянь-Шань.

Припев
Тринадцать пальцев — на руке, на ноге.
А он вернулся.
Через десять лет — вернулся.
Ему говорили: «Куда тебе, инвалид?»
А он брал рюкзак — и шёл.
И шёл.

Куплет 2
Тридцать четвёртый. Пик Ленина.
Семь тысяч сто тридцать четыре.
Первые советские флаги на вершине.
Заслуженный мастер.
Брат — Женя рядом.
Казалось — вот она, жизнь.
Только вверх.

А через два года — Хан-Тенгри.
Буря. Обморожение.
Тащили товарищей вниз.
Потом — больничная палата.
И нож.

Припев
Тринадцать пальцев — на руке, на ноге.
А он вернулся.
Через десять лет — вернулся.
Ему говорили: «Куда тебе, инвалид?»
А он брал рюкзак — и шёл.
И шёл.

Куплет 3
Тридцать восьмой. НКВД.
«Немецкий шпион».
Два года — под следствием.
Выбили зубы.
Били по рукам —
По тем рукам, которыми он держался за скалы.

Товарищи по камерам — кого расстреляли.
Кого — сломали.
Он — нет.
Молчал.
Не подписал.
Вышел в сороковом —
Без зубов. С обмороженными культями.
И — живой.

Припев
Тринадцать пальцев — на руке, на ноге.
А он вернулся.
Через десять лет — вернулся.
Ему говорили: «Куда тебе, инвалид?»
А он брал рюкзак — и шёл.
И шёл.

Куплет 4
Война.
На фронт не взяли — инвалид.
А он делал приборы.
Для раненых.
Для тех, кому надо было заново научиться
Двигать рукой. Ступать ногой. Держать ложку.

Потом — свои изобретения.
Крюк. Рюкзак. Тренажёры.
Сто штук.
Всё — руками.
Тем, что осталось от рук.

Припев
Тринадцать пальцев — на руке, на ноге.
А он вернулся.
Через десять лет — вернулся.
Ему говорили: «Куда тебе, инвалид?»
А он брал рюкзак — и шёл.
И шёл.

Куплет 5
Сорок шестой. «Спартак». Москва.
Двенадцать раз — чемпионы.
Ни одного несчастного случая.
За двенадцать лет.

Он снимал команду с маршрута из-за верёвки.
«С такими верёвками в горы ходить нельзя».
И всё.
Сезон потерян.
Люди живы.

Куплет 6
Пятьдесят шестой. Пик Победы.
Семь тысяч четыреста тридцать девять.
Одиннадцать человек.
Он — впереди.

Пятьдесят лет.
Без тринадцати пальцев.
Без зубов.
С культями.
Но — на вершине.

Куплет 7
Женя погиб в сорок восьмом.
Как — не разберёшь.
Официально — газ.
Но сын Евгения всю жизнь искал правду
и не нашёл.

В восемьдесят втором — Эверест.
Не лез сам.
Готовил. Технически.
Первый советский.
Последнее дело.

В восемьдесят шестом — лёг и не встал.
Похоронен на Кунцевском.
Тихо. Просто.

А в Красноярске есть улица братьев Абалаковых.
И скалы, где он рос.
И где-то наверху — ветер.
Тот самый, что не сбил его с горы.