Широкой этой свадьбе было места мало

В небе лазурном заря угасала,
Солнце сомкнуло усталые веки...
Русская свадьба лезгинку плясала,
Диджей Серёга прокачивал треки.
Женится с Галкою стропальщик Борька.
Что до гостей — там свои тараканы —
Хором горланят всё «Горько! Да, горько!»
Выпьют и бьют тут же об пол стаканы.

Мать жениха, с его тёщей общаясь,
На молодых сквозь бокал посмотрела.
Встала невеста, немного смущаясь,
Взглядом гостей обвела ошалело:
«Здесь целоваться, при всех?! Вот награда!»
Борька привстал и шепнул ей на ухо:
«Тоже не айс! Но сказали — так надо».
Вытерла губы и чмокнула сухо.

Сват закричал: «Да вы что, обалдели?!
Кто так целует?! Смотрите, как надо!»
И показал им примером на деле
С кума женой. Но она была рада!
Гости же прыгали, громко кричали,
Цокались рюмки, звенели бокалы.
Лишь молодые, зевая, скучали —
Кола в стаканах, а в вазочке каллы.

Вилкою сыр ковыряя в салате,
Дружка смотрела на муху в плафоне,
А молодая, ваще, вот те нате,
Ролики пальцем листала в айфоне.
Друг жениха в чуть помятой рубахе,
Что перед ЗАГСом слегка поднабрался,
Взглядом следил, как танцуют девахи
Под треки Лепса, латинскую сальса.

К полночи ближе, в разгаре веселья,
Дядька Четков, бросив на пол жилётку,
Хряпнул немного домашнего зелья
И объявил, что бить будет чечётку.
Что до Четковой — здоровая баба,
В хуторе, правда, «Чечёткой» дразнили,
Встала вдруг в позу: «Меня бить?! Не слабо!
Ты берега, старый, путаешь? Или?»

Грудью за старшего — младшенький Вася:
«Брата не дам никому я в обиду!
Ишь, расходилась! На кой ты сдалася!»
Сжал кулаки для серьёзного виду.
Ей уступая в ай-кью и телесно,
Сдуру повёл себя чуточку грубо...
Кто первым начал тогда, — неизвестно.
На' пол летели посуда и зубы.

Друг жениха, накатив сразу триста,
Прыгнул с разгона в махаловку эту:
«Ну-ка, подайте сюда каратиста,
Буду из оного делать котлету!»
Но каратиста ему не досталось.
Стиль обезьяны он корчил напрасно...
Баба «Чечётка» и с ним разобралась.
Как же она в лютом гневе прекрасна!..

Утро в деревню пришло с петухами.
Солнце открыло сомкнутые вежды...
Местный поэт, увлечённый стихами,
Кутался в складках порватой одежды.
Он и поведал историю эту:
Не было б весело, кабы не водка...
Борька хранит до сих пор ту газету,
Где об их свадьбе написано в сводках.