Побег

Уйдем, мой друг, пока хватает сил.
Наденем то, что прежде не носил
никто из нас, что станет новой кожей,
чтоб изумились мы – как мы похожи!
А старую мы отнесем к реке...
И поспешим с тобой рука в руке,
не оборачиваясь и не поминая,
затем что впереди ждет жизнь иная.
 
Наутро, очень рано, на заре,
войдем с тобой в янтарный Назарет,
и спросим нищего: «Не эта ли дорога
ведет туда, где можно встретить Бога?»
И он всего за несколько монет
нам улыбнется и ответит: «Нет,
дорога эта к морю, правда, мимо
холмов зеленых Иерусалима,
 
но в городах Бог больше не живет...»
и, пальцем тыча в собственный живот,
наш нищий расхохочется, и туже
затянет пояс, и заснет у лужи.
А мы пойдем куда глаза глядят
и встретим пастуха и с ним ягнят,
и старую пастушечью собаку.
Невидимому повинуясь знаку,
 
мы сядем вкруг на теплую траву.
Пастух достанет книгу и главу
прочтет неторопливо о побеге
от волн потопа, Ноевом ковчеге.
Мы будем слушать будто в первый раз,
пока закатный луч не тронет глаз.
Звезда взойдет над табором овечьим,
и пес промолвит словом человечьим:
 
«Останьтесь с нами в поле до утра.
Разделим ужин и тепло костра.»
Нас восхитит вечернее безумье,
мы согласимся, а пастух в раздумье
застынет молча с книгою в руках,
и темнота на разных языках
заверещит, застонет, застрекочет:
«Пусть будет так, как эта ночь захочет!»
 
За трапезой пастух расскажет сон:
беды не чая оказался он
на некой неприветливой планете,
вокруг туман и никого на свете,
и он плывет не ощущая твердь...
«Что это?» – спросит он, пес скажет: «Смерть.»
Пастух ответит псу улыбкой хмурой
и ляжет спать, укрывшись старой шкурой.

Мы помолчим у тлеющих углей,
гордясь, что повели себя смелей,
чем думалось, уйдя от жизни прошлой -
фальшивой, безнадежной и безбожной,
и ощутим покой и благодать
в степи, что расстелила нам кровать
средь пряных трав под звездами без края
за день пути до завтрашнего Рая.
 
Разделавшись с лепешкою ржаной,
пес наречет нас мужем и женой,
скуля во тьме молитву пред Всевышним -
последнее, что мы с тобой услышим.
Когда вдали зардеется заря,
приснится нам, что наш побег был зря.
И с высоты средь облаков парящих
увидим мы внизу двух мирно спящих.